Прямая речь журнал
О культуре и искусстве от тех,
кто создает, и для тех, кто ценит

Скачать журнал .pdf
Скачать журнал .pdf
Скачать журнал .pdf

Братья Запашные: мы с тобой одной крови

Братья Запашные: мы с тобой одной крови

Глядя на Эдгарда и Аскольда, понимаешь: сила не только в правде, но и в настоящем мужском братстве. Представить их друг без друга совершенно невозможно. Один на двоих цирк, одна арена, афиша, одно шоу, одни тигры. Мы прошлись по манежу Большого Московского цирка и увидели, что принцип «каждый сам за себя» здесь не работает. У них даже кошки сами по себе не гуляют. Видимо, потому представления получаются основательными, захватывающими и зрелищными. «Прямая речь» отправилась в «последнее прибежище чистого искусства», как говорил о цирке великий француз Франсуа Мориак, чтобы узнать, какое место в нём занимает музыка.

Цирк без прикрас

– В рекламном ролике ваши тигры с удовольствием поедают мороженое. Трудно было «уговорить» питомцев работать на камеру?

Эдгард: На роль пробовались тигр и две тигрицы – Рикки, Анита и Жанна. По замыслу режиссёра наш герой должен был быть рыжего окраса, которым обладают Рикки и Анита. Но у обо­их не получилось, даже несмотря на то, что как раз Рикки – самый добрый и ручной. Но он всё время отвлекался, следил за движениями оператора, плохо реагировал на камеру, создавая одни проблемы. Анита перед камерой вела себя хорошо, но совершенно игнорировала мороженое. Впрочем, как и Рикки. Лакомство не входит в оcновной рацион питания животных. Поэтому к нему они оказались равнодушными. А вот у белой Жанны всё получилось с первого дубля, хотя изначально её снимать не планировали. И, в отличие от своих «конкурентов», она сразу с удовольствием начала есть мороженое. Поэтому оставили её в кадре.

– Всё чаще слышно о том, что российский цирк в мире популярен скорее по остаточному принципу. Вы согласны с этим мнением?

– Советский цирк – это был бренд. Он пользовался огромной популярностью. Но и сейчас мы востребованы в мире. Цирк разговаривает на международном языке. Например, в Цирке Никулина заполняемость иностранцами составляет 70%. У нас на представлении гостей из-за рубежа около 50%. Более того, последние 50 лет ежегодно русский цирк работает в Японии. Наши артисты стабильно выступают и показывают отличные результаты на главном цирковом смотре в Монте-Карло. Мы проводили крупно­масштабные гастроли в Дубае, Китае, Италии и других странах. Два года подряд ездим в Финляндию. Для меня эта страна стала как лакмусовая бумажка. Представьте, Hartwall Arena вместимостью 10 тысяч человек дважды собрала аншлаг. В обоих случаях полные залы. Организаторы сказали: «Если бы знать заранее, добавили бы ещё два дня выступле­ний». Наш цирк помнят. Потому нас любят. Но нас приглашают, а не пропагандируют или поддерживают. Тот же Cirque du Soleil сам организовывает гастроли, открывает офисы, про­пагандирует свои номера и теперь бренд мирового рынка. Нам надо действовать так же – не ждать приглашений, а самим о себе заявлять. Но для этого нужна мощная поддержка, в том числе на государственном уровне. Цирк, балет, опера – это традиционная «мягкая сила» пропаганды наших ценностей.


– В таком случае, видимо, важно иметь неповторимый фирменный стиль. В чём он проявляется у братьев Запашных?

Эдгард: В этом году мы выпустили четыре шоу! «Магия» на малой спортивной арене «Лужников», «Песчаная сказка» в Большом Московском цирке, продолжение «UFO. Цирк с другой планеты» и «OFU. Приземление» во дворце спорта «Лужники». В Санкт-Петербурге на «Сибур-арене» поставили шоу «Небылица», с которым московский зритель уже знаком. В этом представлении вместе с ведущими артистами Большого Московского цирка участвуют Василий Тимченко из Цирка на Цветном бульваре, артисты Росгосцирка.

Аскольд: «Магия» поставлена в жанре фэнтези. В ней интересна сама подача истории с элементами фантастики, триллера, философских размышлений, с использованием спецэффектов. У нас всегда миллион фишек, на которые мы не жалеем денег. С огромным удовольствием добавляем трюки с животными. Цирк с животными прекрасен!

– Но именно он вызывает протесты у зоозащитников, особенно на Западе. Сегодня в Европе очень модно пройтись плакатами перед началом шоу. Что по этому поводу думаете?

Эдгард: Как-то в Латвии перед началом представления разбили палаточный городок, и человек 10–15 стояли с плакатами: «Уезжайте! Мы этого видеть не хотим». Зрители вынуждены были проходить мимо них. А после окончания шоу сами зрители разнесли этот палаточный городок. Разозлились за то, что их пытались обмануть фантазиями. На следующий день выступления уже никаких городков перед цирком не было. Везде, куда бы мы ни приезжали, выступления проходят с неимоверным успехом. Да, во многих странах запретили цирковое искусство с животными, и вроде бы это решение не мешает нам создавать номера без их участия, но считаю его несправедливым.

Аскольд: Мы провели эксперимент. В репертуар включили две программы, которые шли параллельно: один спектакль с участием животных, другой – без. После проводили опрос. Цирк без животных получил очень небольшое количество голосов и меньший рейтинг посещаемости. Так что цирк без животных – это политика, а не принципиальный выбор человека.

На звериный лад

– Ещё говорят, что громкая музыка нервирует животных. Это так?

Эдгард: Животные, которые работают в цирке, воспринимают музыку так же, как и человек. Если громко, то громко. Если тихо, то тихо. Мы слышим примерно одинаково. Тигр точно так же может не услышать меня, как я его. Откровенно говоря, ни разу не сталкивался с проблемой, чтобы животное неоднозначно реагировало на джаз или рок. Вот лошади иногда, услышав трубы или барабаны, возбуждаются, увеличивают темп, ускоряются, в то время как необходимо идти рысью. Мы устраиваем дополнительные репетиции. Если эффект от ударных и духовых остаётся тот же, звук стараемся свести к минимуму или вообще исключаем из партии.

– А кто в цирке самый музыкальный?

Аскольд: Я бы не стал отвечать на этот вопрос всерьёз. Попугаи буквально «колбасятся» под музыку. Но попугай сам по себе музыкален. К тому же у них мозг заточен на повторение. Понимаете, если животное научилось музыкальному трюку, его нельзя назвать музыкальным. Животные всё-таки имеют умственные ограничения. Номер – это трюк, обманка.

Эдгард: Всем известно, что собаки реагируют на музыку, звуки и тона. Мы это свойство используем. В наших номерах собака подвывает под дудку или под оркестр. Такое соло выглядит очень трогательно. Некоторые животные играют на инструментах. Например, слон берёт своим хоботом дудку и дудит. В этом фокусе главное, чтобы дудка не треснула. Медведи играют на дудках. Но не более одного-двух звуков.

– Необычно. Даже, сказала бы, странно…

Эдгард: Дикое ручное животное всегда немного странно. Наш тигр Рикки может обниматься, а потом ни с того ни с сего – бац, и рыкнуть на тебя. Недавно за руку укусил, прямо клыком в руку упёрся (показывает крепкую отметину) и сдавил. В какой-то момент показалось – сейчас насквозь проткнёт. Но не стал: сделал больно, отпустил и пошёл довольный. Вроде меня не покалечил, но зачем-то сделал больно.

Аскольд: У нас есть тигр по кличке Барпед. Огромный, белый, с большой мордой. На столе не уместится. Очень опасный. Не знаю почему, но его раздражает наш помощник, дрессировщик, которого он на свой лад постоянно материт. Стоит Василию пройти мимо, как Барпед брови свои, как говорится, сдвинет, насупится и начинает какие-то странные звуки выдавать. Не рычит, а будто отмахивается: «Вали отсюда. Отойди от меня». Видно, что у него не рефлекс срабатывает, а именно какая-то осознанная реакция неприятия.

– Вы – представители цирковой династии. Ваше будущее определили ещё бабушка и дедушка, затем папа и мама. Вы видите в своих детях продолжателей?

Эдгард: Мои дети уже больше меня хотят продолжить династию. Они между собой соревнуются – кто первым на канат залезет, кто на какого коня сядет. Очередь занимают чуть ли не с утра. Я, конечно, побаиваюсь. Это чувство мне знакомо. Поэтому всё стараюсь просчитывать наперёд, не рискуя своими детьми. Я доверяю артистам, которые с нами работают. Могу посадить свою дочку вместе с джигитом на лошадь и знаю, что этот парень и сам не упадёт, и ей не даст упасть.

Ненапрасное время

– Перед вами никогда не стояла проблема профессионального выбора? Неужели вот так сразу – артист цирка?

Эдгард: Сколько себя помню, всегда жил цирком, искренне его любил и понимал. То, что есть ещё другой мир, я осознал в 14–16 лет. Согласитесь, идти в хоккей, футбол или в спортивную гимнастику было уже поздно. Мысль уйти из цирка меня никогда не посещала. Лишь однажды я немного пожалел о том, что не стал боксёром. В 2007 году участвовал в ТВ-шоу «Короли ринга». Выиграл 6 из 7 боёв. Пригодились профессиональные навыки. Ведь хищники меня научили чувствовать дистанцию и быть энергетически сильным. После шоу понял, что я не бездарный боксёр. Но мне было 33 года. И идти в бокс, когда многие уже заканчивают карьеру, было несерьёзно. Случись тренироваться лет на 10 раньше, может, и чемпионом мира стал бы. Кто знает…

– Накануне интервью я провела небольшой опрос в Сети. Оказалось, многим интересно знать, как вам с братом удаётся не ссориться.

Эдгард: Возможно, меня не все правильно поймут, но ведь в конце жизненного пути одному из родственников хоронить другого. И тогда кому-то придётся жалеть о каждом сказанном плохом слове. Самое главное в отношениях между родными – это умение прощать. Я себе ставлю в пример братьев Березуцких, Меладзе, Кличко и других. Меня родители хорошо воспитали. Они повторяли: «Твой брат – самый близкий человек…» Мы можем с Аскольдом поссориться, но при этом не переходим черты, за которой находится точка невозврата.

– А как отдыхают братья в таком потоке проектов? Тоже вместе?

Аскольд: Я люблю открывать для себя новые города, страны. Не могу сидеть на месте. Лежать «тюленем» на пляже – не для меня. Предпочитаю аттракционы, летать на флайборде или прыгать с парашютом. В этом году получилось выехать с семьей на остров Закинф в Грецию. Мы подружились с хозяевами отеля. Они нам организовали поездки в Олимпию, Спарту, на остров Пелопоннес. Я с детства увлекался Древней Грецией и меня эта поездка силь­но впечатлила. Так как с детства геймер, люблю посидеть за компьютером. Частенько провожу время за Overwatch. Проходил все культовые игры. Имею достижения и в Call of Duty, и в Counter-strike, и в Diablo. Люблю Blizzard. Могу в рабочий перерыв сыграть один-другой тайм. Обожаю кино и спорт.

Эдгард: Выходной у меня случается раз в месяц. Иногда два. Берегу время. Оно очень ценно. Не потому, что мне 42, а потому, что понял это ещё в 16 лет. Уже тогда ставил себе в пример людей, которые к определённому возрасту многого достигли. Несмотря на заповедь «Не сотвори себе кумира», меня очень сильно мотивируют чужие примеры. Один из них Майкл Джексон. В Америке купил себе даже его шляпу с автографом. На протяжении жизни певец целое состояние потратил на благотворительность, записал десятки хитов, снял множество клипов. Я понимаю, что всего этого он добился не только благодаря таланту, но и постоянному труду: вставал, пахал, гробил своё здоро­вье, умер в 50 лет. Но что лучше? Умереть в 50 Майклом Джексоном или влачить дни до 90? Поэтому я много работаю. Свободное время пытаюсь уделять детям. Раз в год стараюсь куда-нибудь выехать на две недели. Однако так получается не всегда. В этом году мы с дочерьми были в Сочи. Пробыли всего 5 дней. Но они были счастливы, потому что впервые мы вместе выехали на море. Приходится чем-то жертвовать ради людей, которые от нас с братом ждут нового шоу.

Фото: пресс-служба Большого Московского цирка