Прямая речь журнал
О культуре и искусстве от тех,
кто создает, и для тех, кто ценит

Скачать журнал .pdf

Первая скрипка Олега Анофриева

Первая скрипка Олега Анофриева

109768.jpg

«Жил-был в Африке Львёнок. Звали его Ррр-мяу. Вышел он однажды погулять по пустыне и встретил большу-у-ю Черепаху». Чем закончилась встреча, знает, пожалуй, каждый. В этом году 40 лет мультфильму режиссёра Инессы Ковалевской «Как Львёнок и Черепаха пели песню», где главных персонажей озвучил Олег Анофриев. Так повелось с «Бременских музыкантов» - один за всех! Артист, певец, музыкант, автор... Чем не человек-оркестр? А кто сыграл первую скрипку в жизни самого Олега Анофриева?

Спор «В порту»

В 70-80-е годы слова «Крокодил-дил-дил плывёт,/ Носорог-рог-рог идёт,/Только я всё лежу/И на солнышко гляжу» не напевал разве ленивый. Нашим детям, запивающим кока-колой сэндвич на пляже, сложно объяснить, почему мы срывались с детских площадок к телевизору, услышав нетипичный для восприятия ритм в неповторимом исполнении Олега Андреевича. Пожалуй, нам самим непонятно, почему 9 минут (продолжительность мультфильма) эфирного времени вызывало столько радости. Может, это привкус сказочной и манящей, но тогда недоступной большинству «иностранщины»? Томная вальяжная черепаха, модные очки, непосредственный в вольнодумии львёнок – эдакий слегка небрежный пофигист… Но сам певец никакого контекста в картинке не видит.

Свою Черепаху народный артист ласково зовёт «Пахой», а Львёнка – «Львёнком-подлёнком».

— Когда мне сказали, что авторский текст будет читать Ростислав Плятт, я его сразу в этом образе представил и согласился озвучивать без уговоров. Черепаху «написал» с Фаины Раневской. Как-то на гастролях в Свердловске мы сидели за одним столиком в обкомовской столовой. Она попросила у официантки стакан молока, на что та ответила: «Нет молока, товарищ Раневская!» Тогда Фаина Георгиевна не растерялась: «А что, вы ещё не подоили обкомовскую корову?» И когда я предложил за обед заплатить, то в ответ услышал: «Ты считаешь, что я твоя кокотка? Плати!» — Эту интонацию постарался передать. Но ведь мы записывали голоса, ещё не видя картинки. Когда же мне её показали, пришёл в восторг. Рисунок произвёл потрясающий эффект!

— Олег Андреевич, в «Бременских музыкантах» вы сами решили говорить и петь за всех?

— Ко мне пришли Василий Ливанов и Геннадий Гладков. С Васей хорошо знаком после фильма «Коллеги», а с Гладковым мы дружили, после того как записали «Песню о Хоттабыче». Когда они показали сценарий, сказал, что или всех спою, кроме Принцессы, или никого. Они согласились. Через месяц записали.

— Но от участия в продолжении — «По следам бременских музыкантов» — отказались. Почему?

— Юрий Энтин придумал гениальный маркетинговый ход. Песни всегда записывались, прежде чем выходил мультфильм. Вот и пластинка «Бременские музыканты» вышла до премьеры мультфильма. Он был редактором на фирме «Мелодия» и отправился в командировку по стране — в каждом городе заходил в фирменный магазин «Мелодии» и предлагал послушать диск. Девочки, как говорится, «соловели» и выписывали сразу заказ на тысячу экземпляров. Это при среднем заказе максимум в 500 штук. Но при гигантском многомиллионном тираже я получил только гонорар и никаких авторских отчислений. А зачем петь бесплатно? Я отказался. Тогда исполнить песни предложили Муслиму Магомаеву. Он потом мне как-то сказал: «Ну зачем же ты отказался? Ведь у тебя лучше получилось бы».

— Не жалели о решении?

— Нет. Мне это несвойственно. Понимаете, на определённом этапе все авторы становятся похожи друг на друга… Когда Серёжа Козлов принёс мне чудесную сказку «В порту», она называлась поэмой в 50 строк. Я ему говорю: «Что это за песня? Только начали “Мы пришли сегодня в порт…”, а уже кончили». Тогда он мне сказал: «Пиши столько, сколько хочешь». Я написал, но спор, хотя он и разрешился, всё-таки возник. В творчестве – конкуренция. Я тоже был нервный, порой непутёвый. Иногда сам себя выбивал из колеи – мол, если не по-моему, то ухожу.

— Олег Даль тоже, наверное, мог сказать подобное: первоначально песню «Миг» в фильме «Земля Санникова» должен был исполнить он…

— Там была другая ситуация. Саша Зацепин — очень сложный, но мною понятый художник. Если исполнитель не попадает в десятку, он его меняет. Песня легла под мой голос, и Александр решил в конце концов дать её мне. Но прежде чем спеть, я позвонил Олегу. Он не возражал.

— Критику в глаза часто слышали?

— Не могу вспомнить. Это могла быть только редакторская правка.

— Наверное, дети прохода не давали?

— Когда в «Спокойной ночи, малыши!» песню «Спят усталые игрушки» стал исполнять женский голос, дети завалили редакцию письмами с просьбой вернуть дядю. Но перед детской аудиторией я выступать не любил. Ведь после школы-студии МХАТ пошёл в Центральный детский театр (ныне Российский академический молодёжный театр – Ред.), на сцену которого порой было опасно выходить. Дети очень эмоционально реагировали на поступки отрицательных героев. Приходилось наблюдать за обстановкой в зале, чтобы в тебя кто-то из рогатки не пульнул. Иногда артисты, игравшие злодеев, получали под глаз или в голову, но меня миловали – я играл комедийные роли.

Золотые руки

Мы встречаемся в загородном доме среди особняков, стоящих вдоль Рублёво-Успенского шоссе. Вокруг, как принято говорить, состоявшиеся люди – бизнесмены, политики, финансисты, шоумены.

— Помощь постоянно предлагают. Но я отказываюсь – мне это уже не надо. Я в своё время просил у Господа Бога 70 лет земной жизни, а мне уже больше восьмидесяти. Моё время — 50-60-е. Первый фильм, в котором снялся, – «Секрет её красоты», где сыграл стилягу. Помню, бегали к сапожнику, чтобы он на старые штиблеты на носок приклеил белую резину, которую почему-то благородно называли манкой. Теперь на них очень похожи современные кеды с белым носком, которые носит мой правнук. Всё возвращается...

— А вы были стилягой?

— Нет, я был актёром, играющим роль стиляги, – отвечает собеседник и достаёт из-под рубашки крестик с распятием. — Это рукотворный, из червонного золота. Мне его в 1954 году армянин-ювелир в Благовещенском переулке сделал.
Только у него оказалась старинная форма. С тех пор его не снимал. Крест меня всю жизнь оберегает.

— Поэтому паникадило сделали в храме своими руками?

— Не в храме, а в часовне Бориса и Глеба. Она стоит в Бузаеве. Была заброшенная, пустая, зимой промерзала. Кругом атеисты, не до неё. Стал за ней присматривать. Как-то местный мужик-пьяница Женька приносит с чердака мешок с железками. Говорит, лет сто пролежал – делай, что хочешь. Я начал собирать, и получилось замечательное чугунное паникадило – сверху крышка, чугунные держатели и даже ваза фарфоровая сохранилась, на которой написано: «Кёльн». Представляете! Я её привёл в полный порядок и повесил рядом с иконой Николая Угодника.

…Глядя на непривычную глазу форму кисти рук, не понимаю, как он ими играет, мастерит, чинит. Вся стена домашней студии увешана самодельными разделочными досками-сувенирами, картинами, расписанными ликами святых.

— Как вы умудряетесь играть на фортепиано, орудовать стамеской, писать красками, выжигать с нерабочими пальцами? Что с ними случилось?

— Да граната в детстве разорвалась. С тех пор кисть раздроблена. Но я же всему научился ещё до взрыва. Поэтому ничего сложного нет. Дело было в послевоенной Москве, на Арбате, по которому два раза в день Сталин проезжал. Я, мальчишка, гранату выхватил из грузовика, успел отбросить. Пяти минут не прошло, как на взрыв сбежались чекисты со всего района. Но когда увидели, что с мальчишкой несчастный случай, до аптеки довели.

Главный выигрыш

— Ваши дочь, внучка стали врачами, как супруга. Это она поспособствовала?

— То, чем занимался я, будучи распущенным мужчиной, когда сначала появилась дочь, потом внучка, хорошего примера не являло. Воспитанием занималась больше моя супруга Наталья Георгиевна. Она подавала пример самого высокого морального служения семье. Показатель – наш брак, которому 65 лет. Это её заслуга, что дочь и внучка стали врачами.

— Как вы познакомились?

110040.jpg— Я, наверное, был одним из первых, кто в Союзе занимался подводной охотой. Это было в послевоенные сороковые годы. Чтобы нам не мешали, на стене примыкавшего к пляжу дома написали: «Осторожно, мины!» Снаряжение делали по книгам Кусто и редким немецким учебникам, доставшимся после войны. Охотнее шла кефаль, реже попадался катран, и если шла средняя или крупная рыба, то обязательно делился с дельфинами. Они подплывали очень близко и в ожидании подолгу «кружили» вокруг. Но такими ручными, как сегодня, они не были. Во время поездки «закадрил» девушку. Она оставила телефон: «Позвони в Москве. Только у меня телефона нет – звони подруге». И с ней пришла. Всё перевернулось в доме Облонских, и девушка осталась с носом, а подруга — Наталья Георгиевна — стала моей женой. Если бы не она, наверное, квартиры в передаче «Колесо истории» не выиграл. Накануне программы Наталья Георгиевна говорит: «Без выигрыша не возвращайся!» Я всё время в студии Останкино провёл с одной мыслью: «Я тебе докажу, я тебе покажу!» И когда Якубович кричал: «Он выиграл квартиру!», у меня в голове была одна мысль: «Надо срочно позвонить и сообщить жене!» А потом квартиру продал и построил этот дом.

— В доме свистите?

— Меня мама в детстве ругала: «Не свисти в квартире, денег не будет!» А свист мне, наоборот, популярность принёс, — заканчивает артист и насвистывает мелодию «Призрачно всё в этом мире бушующем,/Есть только миг, за него и держись», затем придвигается к синтезатору и начинает наигрывать.

— Ну всё, утомил ты меня. Въедливый… профессия у тебя такая… молодец. Но пора заканчивать, а то Наталья Георгиевна зовёт: если не спущусь — такую «кузькину мать» покажет...

110049.jpg— Как долго вы его мучили! Так нельзя. Он же сегодня ещё совсем не ел, — стыдит меня врачебным тоном Наталья Георгиевна, провожая до калитки дома. Я выхожу на бегущую между дачами улочку, которая меня выносит на большое занесённое снегом поле: за горизонт прячется ярко-красный диск солнца, освобождая место мрачной серой дымке ранних сумерек. Ещё немного и его пронзят огни дальних звёзд. С языка невольно и неожиданно срывается:

«А для звезды, что сорвалась и падает,

Есть только миг, ослепительный миг...»