Прямая речь журнал
О культуре и искусстве от тех,
кто создает, и для тех, кто ценит

Скачать журнал .pdf

Я не один во Вселенной

Я не один во Вселенной

В 1978 году на экраны выходит фильм Яниса Стрейча «Театр». В главных ролях – звезда советского и латышского кино Вия Артмане и начинающий артист Рижского театра имени Райниса Ивар Калныньш. Её героиня в кадре – увядающая актриса, а он – молодой любовник. Успех экранизации одноимённого романа английского классика Сомерсета Моэма в Московском доме кино был настолько ошеломительным, что режиссёр после показа заметил: «Гладиаторы на арене за такой ор отдавали жизни!» 35 лет спустя об этом Ивар Калныньш рассказал корреспонденту «ПР» Роману Демидову.

Мы встречаемся на закрытии X Международного благотворительного кинофестиваля «Лучезарный ангел», который проводится под попечительством Патриарха Московского и всея Руси Кирилла и при поддержке сопредседателя оргкомитета, президента Фонда социально-культурных инициатив Светланы Медведевой. В программе фильмы, затрагивающие проблемы нравственности. Неслучайно его второе название – «Доброе кино».

Уже за час до начала торжественной церемонии в фойе кинотеатра «Художественный» многолюдно. Журналисты берут интервью, критики обсуждают работы и шансы участников на победу, зрители, как им кажется, незаметно, показывают лёгким кивком головы на неожиданно появляющихся «звёзд» экрана. Ольга Кабо, Дмитрий Харатьян, Павел Лунгин, Елена Санаева, Ада Роговцева… Стоило Ивару Калныньшу войти в помещение, как его тут же в плотное кольцо берут телевизионщики. Артист безупречен, изыскан, тактичен. Одна из посетительниц не может не удержаться, чтобы не протянуть для приветствия киногерою ручку. Артист пожимает, интеллигентно сдерживая натиск поклонницы, и стремительно удаляется в зал в элегантном бордовом пиджаке, строгих серых брюках, светлой рубашке с галстуком. Ему предстоит вручить приз победителям в категории короткометражных фильмов. Время на интервью остаётся после торжественной церемонии, когда волнения уже остались позади.

Жизнь – не театр

В августе одному из самых романтических героев отечественного экрана исполнилось 65 лет. Возраст и статус обязывают меня обращаться к нему по отчеству. С лёгким и для многих ставшим родным в его исполнении латышским акцентом артист позволяет своё отчество произносить на русский манер – Эдмундович.

– Ивар Эдмундович, играя с Вией Артмане, чувствовали себя скованным, сдержанным, или наоборот?

– После фильма много каких-то странных сплетен появилось… На самом деле мы все зависели от худсовета. Тогда не было личных студий, в которых в тебя вложили деньги, раскрутили, а потом сказали своё слово. Это было чуждо для советского времени. Что решит худсовет, то и будет. Для меня этот фильм был уже десятой работой в кино. Ранее мы играли в одном театре, в одной труппе. Это был профессионал, а не просто артист. Всегда собранная, подготовленная. С ней было интересно. Я был рад тому, что имел возможность с ней сниматься в её фильме-бенефисе. Так же как и со многими из тех, с кем посчастливилось работать позже – Виталием Соломиным, Любовью Соколовой… Это деятели искусства, выходящие за рамки артистизма. Для меня это была школа.

– Среди Ваших партнёрш – Сафонова, Русланова, Удовиченко… Влюблялись?

– Агеева, Глаголева, Белохвостикова… Наверное, какие-то нежные чувства были ко всем героиням. С ними было очень легко работать. Мы друг друга даже дополняли, что можно почувствовать в кадрах. Но на съёмочной площадке влюблённость – это уважение. Назовём это профессиональной любовью, которая должна присутствовать в хорошем фильме. Когда люди ненавидят друг друга, вряд ли они создадут хорошее произведение искусства.

– Согласны с тем, что вся жизнь – театр, а люди в нём – актёры?

– Ну нет... Это относится к самодеятелям, скоморохам, которые играли историю Шекспира. В жизни не всегда так. С помощью искусства мы, наоборот, ищем правду. Игра – как цветок. Сорвал на лужайке, подарил его, а он через пару дней завял. А если не сорвал, не нарисовал, но подарил картину с цветочком, то человек будто приобрёл его навсегда. Цветок ненастоящий, а фантазия материализовалась. И это искусство – через знак, метафору, аллегорию сказать некую правду.

Интересное движение

– В спектакле «Мастер и Маргарита» играете Понтия Пилата. Чего бы ни при каких обстоятельствах никогда бы не простили?

– Прощать надо. Как говорят мудрецы, простить можно всё, но забывать не стоит. Я прощаю, но не забываю. Мне был годик, когда меня крестили. Несмотря на сталинское время, мои родители крестили всех своих детей. Равнодушие, трусость, предательство – грех. Конечно, с ними сталкивался. Но я чувствую своего ангела-хранителя, который всегда летает вокруг меня и помогает мне. Понимаю, что Библию написал человек, и иногда некий Воланд, живущий во мне, подсказывает: «Дорогой мой, ты всё-таки не центр Вселенной, посмотри вокруг себя повнимательнее: есть солнечная система, и солнце – её центр».

– Популярность часто выручала?

– Это возможно было в советские времена, но я ею не пользовался, чтобы без очереди взять колбасу. Использовал её, чтобы попасть туда, где мне надо быть. Например, когда опаздывал на съёмки. Знал, где в аэропорту пилоты самолёта пьют чай-кофе, и мог попросить командира взять меня, как чемоданчик, к себе в кабину. Сегодня это невозможно.

– Был момент, когда ощутили популярность?

– Не помню даже. Но артист должен быть немного популярен.

– Метро пользуетесь?

– Конечно! В Москве обычно останавливаюсь недалеко от Киевского вокзала, откуда в часы пик из-за пробок выбраться без него невозможно. В подземке никто друг на друга не смотрит. Ну, приходится иногда шляпу, бейсболку, очки надевать...

– Вы с музыкой по-прежнему на «ты»?

– Я окончил театральный факультет консерватории. Музыкой и исполнением занимаюсь до сих пор, хотя певцом себя не считаю. Это актёрское пение. Последняя затея – новый диск и концертная программа, в которой будут песни Вертинского. Дома у меня имеется небольшая коллекция гитар. Иногда себя балую покупкой хорошего инструмента. Недавно подарил себе испанскую гитару. Но есть и те инструменты, что стоят как сувениры: например, тар, привезённый из Средней Азии, на котором играть не умею.

– А что бы увезли с собой из России в Латвию?

– Вы знаете, Россия до того большая и многоликая страна... Мне интересно и на Дальнем Востоке, и у Байкала, и даже на севере в Дудинке, где довольно страшные места и откуда родом моя первая жена. Вокруг всё стремительно меняется, строится – где-то быстрее, где-то медленнее. Это движение мне интересно, поскольку я тоже всегда двигаюсь, а заодно совершаю много открытий. Это внутренне обогащает. Москва, Кремль – это особый колорит, энергетика, которую словами сложно объяснить, но которую я взял бы с собой. В Благовещенске местный художник подарил мне необычную картину – на срезе дерева нарисован мой ангел-хранитель. Сказал, что у него было видение, и внутренний голос помог ему рассмотреть нужные точки, линии, по которым был создан портрет. Теперь этот ангел живёт в моём доме.

Дочь балую больше внуков

– Как отметили юбилей?

– День рождения совпал с фестивалем короткометражных фильмов и днями российского кино при содействии Союза кинематографистов России в Резекне. Нам удалось привезти картины из 11 стран и показать их в новом культурном центре с замечательной акустикой. Зал все дни был полный. Один из вечеров посвятили юбилею. Все номера были музыкальными.

– А как внуки поздравили?

– Поскольку был в другом городе, они не смогли приехать и поздравили меня позже, а в тот день я получал эсэмэски.

– Балуете?

– Балую, поскольку нечасто их вижу: бывают подарки, а бывает, просто дурачимся. Но у меня у самого младшей дочери три годика, и её я балую ещё больше.

– Вы хорошо выглядите. Молодой отец и дедушка одновременно. В чём секрет? Спорт, режим, особое питание?

– Продукты стараюсь покупать на рынке. По своему ощущению я абсолютная сова – вечером долго не сплю, утром с трудом поднимаюсь. Режим соблюдаю, когда дела. Тогда поднимаюсь, как солдатик. В сложном графике некогда просто расслабляться. Идёт постоянная борьба с ленью. Надо из неё выйти победителем.

– Слышал, в молодости слесарили. Даже лыжи ковали. А что в последнее время сделали своими руками?

– В этом году на даче беседку сколотил. Когда бываю на юге – на Украине, в Молдавии или Италии, всегда смотрю, как из винограда делаются беседки – сидишь в ней, пьёшь вино, отрываешь ягоду и закусываешь... Хочу, чтобы у меня было так же. В этом году нашёл и посадил морозоустойчивый сорт винограда. Возможно, из него вино когда-нибудь сделаю.

На заметку хозяйке рецепт выходного дня:

Ивар Калныньш признаётся, что путь к его сердцу, как у настоящего мужчины, лежит через желудок. Всегда любуется, когда готовит любимая женщина, но сам участия не принимает. Однажды, застав его за мытьём посуды, бабушка первой жены воскликнула: «Когда муж моет посуду – это к разводу!»
В конце концов так и вышло. С тех пор артист сторонится кухни. Но по праздникам и в выходные делает исключения, чтобы порадовать домочадцев запеченными кабачками.

Рецепт:

  1. Кабачки среднего размера разрезать наполовину, почистить от кожуры, вынуть сердцевину.
  2. Каждую половинку начинить фаршем, приготовленным из свинины и телятины, сырых шампиньонов, луковицы, зелени. Соль и перец добавить по вкусу.
  3. Получились лодочки, которые выкладываются на смазанный маслом противень и выпекаются в духовке.
  4. За пять минут до приготовления сверху выкладываются круглыми дольками порезанные помидоры и посыпаются натёртым сыром твёрдых сортов.
  5. Готовые лодочки выкладываем на тарелку и украшаем кусочками цветного перца.