Прямая речь журнал
О культуре и искусстве от тех,
кто создает, и для тех, кто ценит

Скачать журнал .pdf
Скачать журнал .pdf
Скачать журнал .pdf

Владимир Конкин взялся за перо

Владимир Конкин взялся за перо

Володя Шарапов из фильма «Место встречи изменить нельзя» и Павка Корчагин из одноимённой киноленты написал книгу. «Прямая речь» поинтересовалась, что заставило актёра взять ручку и лист бумаги.

- Владимир Алексеевич, о чём книга?
- Я не люблю фразу «Будь проще, и люди к тебе потянутся». Я не хочу играть ни в какую простоту. Поэтому я пишу о Гоголе, Паганини, Пушкине, Чаадаеве. Пишу о том, что я не видел вовсе, но моя фантазия держится на определённом знании истории, культуры, и потому даёт мне право об этом писать. Эта книга - своеобразный сборник. В ней детские рассказы, письма моей дочери, повесть о войне, эссе о Чаадаеве, Пушкине, дневник паломника… Но не тот, в котором пишешь, как с супругой и дочерью плавал вдоль берегов христианских земель Средиземноморья, побывал на Голгофе, а о том, что с тобой внутренне происходит, когда на палубе ночью рядом с тобой сидит Бердяев и вы начинаете говорить о сути христианства в России. Так что моя книга – это не байки об актёрах.

- Вы её долго писали?
- Она не писалась по принципу «сел и написал». Нет. Это мои вещи, написанные примерно с 1980 до 2011 года. Я обдумываю фразы, переосмысливаю, переписываю…

Над каким-то маленьким материалом из 4 печатных страничек работаю иногда и полгода. О Чаадаеве у меня несколько арабесков, а писал, грубо говоря, с 1979 до 1990 года. Это пять страничек текста. Я не тягаюсь ни с кем из великих – Толстым, Буниным, Тургеневым. Но тот, кто возьмёт книгу не только из-за фотографий, но и чтобы почитать, то, наверное, поймёт: всё написанное я написал о себе.

- Что побудило взять ручку и бумагу?
- Боль, какие-то неприятности или слишком большие радости, которые мне всегда давали желание что-то писать. Это не имело никакого отношения к Чаадаеву, Гоголю, но явилось толчком для понимания того же Чаадаева. Это желание из детства. Я в пять лет уже начал что-то читать, и так получилось, что с первого по пятый класс часто хворал. Потому очень часто пропускал огромное количество уроков. И, когда был оторван от школьного процесса и был в санатории, папа мне говорил: «Володенька, пиши нам письма, записывай впечатления, веди дневник». Постепенно втянулся и благодаря наставлениям родителей в оном преуспел.

- А что в детстве читали?
- Я помню четыре фундаментальные книги, которые постоянно присутствовали в моём детстве и вызывали душевный трепет. Это Александр Сергеевич Пушкин – издание 1881 года, Гоголь Николай Васильевич – издание 1897 года, история Русского отечества Рамбо 1890 года и четвёртая– это Василий Жуковский. Когда читал его «Светлану», мне было страшно. В третьем классе я уже читал Достоевского – конечно, не «Братьев Карамазовых», что-то полудетское. И никогда не любил немецких сказочников. Например, сказки братьев Гримм меня всегда пугали. Любил, когда мне папа и мама читали. Видимо, от чтения вслух во мне и родилась культура лицедейства.

- Писали на компьютере или от руки?
- Живу пушкинскими временами - пишу чуть ли не гусиным пером, от чего получаю удовольствие.

- Почему же книга называется «У жизни есть начало»?
- Для большинства жизнь – само по себе начало. А я считаю, что жизнь – это когда ты, вобрав в себя некое образование, воспитание, назидание родителей, наставников, вдруг сам начинаешь отдавать людям. Для Конкина настоящее начало жизни – это когда ты получаешь удовольствие, наслаждение от того, что отдаёшь людям.