Прямая речь журнал
О культуре и искусстве от тех,
кто создает, и для тех, кто ценит

Скачать журнал .pdf

Классик тур в Москву

Классик тур в Москву

В столице запланировали новый вид экскурсий - от сонаты к симфонии

400 солистов, 40 оркестров, 100 дирижёров, 30 ансамблей... Это неполный перечень исполнителей жанра, которые выйдут на сцены Московской филармонии в конце 2013 - в начале 2014 года. Организаторы и устроители уверяют, что подобного наплыва звёзд первой величины столица ещё не знала.

- Ещё несколько лет назад мы считали сезон удачным, если в списке гастролёров значилось два-три имени музыкантов первого порядка. Сегодня в нём шесть дирижёров мирового уровня, один из самых исполняемых композиторов современности Дженкинс, роскошные пианисты Нельсон Фрейре, Гарри Дуглас. Более того, впервые в Москве исполнят «Саломею» Рихарда Штрауса, которую, кроме Мариинки, на отечественной сцене никто не ставил, - рассказал художественный руководитель филармонии Александр Чайковский.

Уже июньские дни по-летнему знойные: на сцене Большого зала консерватории на протяжении трёх вечеров художественный руководитель симфонического оркестра имени Евгения Светланова Владимир Юровский начинает концерт в новом амплуа - рассказчика. Прежде чем дирижёр встанет за пульт и взмахнёт палочкой, зрителей ждёт увлекательный экскурс в мир музыки словами маэстро.

Вместе с музыкантами в просветительских концертах участвуют ведущие артисты драматических театров. Например, во время исполнения музыки Мендельсона к комедии Шекспира «Сон в летнюю ночь» текст читает народная артистка Алла Демидова. Неудивительно, что продавцы театральных касс разводят руками - за месяц билетов не достать.

Наряду с популярными и часто звучащими произведениями публике представят и те, что исполнялись крайне редко. Например, вторую симфонию Арама Хачатуряна, удостоенную Сталинской премии, в последний раз играли при жизни автора сюиты к драме Лермонтова «Маскарад» и «Танца с саблями» из балета «Гаянэ». А вот оратория «Мария Магдалена» Жюля Массне, «Чужестранка» Винченцо Беллини, австрийский композитор Шмидт вообще на российской сцене прозвучат впервые. Интересно, что после Аншлюса (присоединения Австрии к фашистской Германии) Гитлер объявил Шмидта великим немецким композитором и предложил прославлять родину большими и патетическими симфониями. Однако композитор, наоборот, ушёл от масштабов и стал писать небольшие камерные произведения, выразив таким образом протест к фашистскому режиму.

Конечно, такое количество премьер и гастролей вызывает вопрос: «Неужели интерес к классической музыке растёт?» Генеральный директор филармонии Алексей Шалашов подтвердил положительную тенденцию:

- В Москве музыкальная жизнь сейчас не менее насыщенна, чем в ведущих мировых и европейских столицах. Если в 2002 году на некоторых сольных фортепианных концертах посещаемость иногда составляла 10-12%, то сейчас редкий концерт собирает 80% - залы заполнены почти всегда на 100%.

Если интерес сохранится, то не исключено, что в столицу будут организовывать специальные туры с посещением концертов классической музыки и музеев, связанных с именами композиторов и исполнителей. Благо таких достопримечательностей у нас достаточно, а дирекции филармонии идея журналистов приглянулась.

«Прямая речь» поинтересовалась, каким образом в век разгула поп-индустрии удалось не только не потерять аудиторию, но и расширить её.

- Алексей Алексеевич, публика сильно изменилась за последние годы?

- Московская филармоническая аудитория серьёзно изменилась за последние 20-25 пять лет. В годы моего студенчества, в 70-е годы, она была более искушённая, а потому требовательная, жёсткая. Даже музыканты с мировым именем говорили, что в Москве очень страшно играть. Сейчас к ней добавилась значительная часть новой аудитории. Она удвоилась по сравнению с началом девяностых и восьмидесятых. Если помните, то сезон тогда начинался 1 октября, а не в сентябре, как сегодня. В Большом зале имени П.И. Чайковского в основном выступали жанровые коллективы - народные, детские, танцевальные - и практически отсутствовала академическая музыка. Сейчас же её не меньше, чем в Большом зале консерватории.

- В наши дни остро стоит вопрос утечки кадров. На какие хитрости идёте, чтобы удержать исполнителей?

- Хитрость одна - платить за выступление столько, чтобы было интересно музыкантам. После тринадцатого конкурса имени Петра Ильича Чайковского с молодыми победителями мы заключили несколько контрактов прямо на сцене: в каждом прописали конкретное количество концертов, которое они обязуются дать в Москве и в стране и за какие деньги. При этом учли ежегодный рост гонораров. В конечном итоге гонорары в Москве доведены до очень приличного уровня.

- А на ныне модных корпоративах солисты филармонии выступают?

- Это, как правило, очень известные или не известные, но играющие специальный репертуар небольшие коллективы - академические ансамбли, трио, квартеты. Чаще они исполняют классическую музыку, чтобы придать корпоративному вечеру особую атмосферу. Но из основных участников статусных концертов очень редко кто играет на подобных вечеринках. Музыканту на таких мероприятиях легко разменяться. Критика и публика это заметит, что означает удар по репутации.

- На концерты западных звёзд приходит едва ли не весь бомонд! А есть ли завсегдатаи у филармонии?

- Есть. Но они приходят не для того, чтобы себя показать, а чтобы послушать музыку. Среди них очень много известных, статусных, состоятельных людей. Иногда меня даже поражает, что тот или иной человек покупает абонемент и регулярно приходит по нему на концерты.

- В обществе развернулась дискуссия о музыкальном образовании: мол, это прерогатива элиты, а потому оно должно стоить больших денег... Каково Ваше отношение к тому, что перед детьми из обычных семей двери музыкальных школ всё чаще закрываются из-за дороговизны?

- Я смотрю на это с большой тревогой. Наша система музыкального образования всегда была пирамидой, в основании которой находились детские музыкальные школы. В России они давали базу для профессионального старта. Если появлялась звёздочка, её подхватывали... Ныне музыкальное образование - вопрос приоритета. Те, кто несёт педагогическую миссию, доработают, а на их место уже никто не пойдёт. Если вы видите, что музыкант живёт плохо, вы в школу ребёнка не отдадите. Как только на музыкальное образование взгляд власти распространится так же, как на футбол или хоккей, ситуация изменится. Это международный рынок.

- Много дискуссий об авторских сборах в пользу музыкантов, композиторов... Ваше видение этой проблемы?

- Чтобы правильно рассмотреть эту проблему, нужно отделить сферу академической музыки от массовой музыки к кино, на телевидении, к шоу.

Потому что современные композиторы, работающие в жанре академической музыки, отличаются от тех, которые пишут для кино, спектаклей, ТВ. Нужно сказать, что именно современная академическая музыка у нас находится в плачевном состоянии. Авторы серьёзного жанра - это люди, практически не имеющие никаких шансов получать доходы с исполнения своих произведений. Да, их редко, но исполняют. Где? На специальных концертах и фестивалях, посвящённых современной музыке. Как правило, они посещаются небольшой профессиональной и околопрофессиональной аудиторией. Плюс немного критиков и любителей. Язык современной музыки очень сложен для восприятия. Её слушать - всё равно, что слушать поэ зию на иностранном языке. Интересно, но не понятно. Даже если это красиво звучит. Поэтому на этих мероприятиях денег и сборов нет. А если их нет, то нет и отчислений. Единственный шанс популяризации этой музыки и привлечения к ней платёжеспособной аудитории - это включение отдельных произведений в программу популярной классики.

Например, когда исполня ются симфония Чайковского или вальс Штрауса, можно включать в программу современное произведение на 3-5 минут. И за это время молодой автор получит в десять раз больше, чем за исполнение на фестивале, где он ничего не получит. А у нас порядок сбора таков, что если вы включили крошечное, пусть трёхминутное, произведение в программу неохраняемых произведений, перешедших в разряд общественного достояния, авторские отчисления надо сосчитать со всего концерта. Представьте себе, собрался Большой зал Чайковского на полторы тысячи мест, выручка с известных исполнителей за исполнение известных произведений миллион рублей. Значит, за то, чтобы включить в программу маленькое сочинение современного автора, надо заплатить сто тысяч рублей авторских отчислений. Понятно, что ни одна концертная организация на это не пойдёт. Мы предложили считать авторские отчисления не за всё, а только за то, что звучит. А за неохраняемые произведения вообще не платить, тем более что это закреплено в Гражданском кодексе. Пока ситуация не решена, у ныне живущих композиторов шансов на достойные отчисления нет.