Прямая речь журнал
О культуре и искусстве от тех,
кто создает, и для тех, кто ценит

Скачать журнал .pdf

Музыка интеллигентного человека

Музыка интеллигентного человека

Джазмен Евгений Балашов рассказал о страсти Юрия Саульского, спокойствии Pink Floyd, детской радости Майкла Джексона и о том, как его самого спасал джаз

Он впервые привёз к нам на гастроли Bee Gees, Pink Floyd, Майкла Джексона, Филадельфийский симфонический оркестр, итальянскую Ла Скалу, французскую певицу Патрисию Каас... Возможно, Евгений Балашов и сейчас бы продолжал радовать российского зрителя западными звёздами, но в девяностые годы судьба свела его с автором замечательных песен «Чёрный кот», «Тополиный пух», «Осенняя мелодия», «Счастья тебе, земля» Юрием Саульским. Эта встреча изменила ему будущее.

Вместе с Михаилом Грином (первый слева) провели 19 фестивалей «Джаз в саду “Эрмитаж”»

Близкая друг другу жизнь

Последнюю четверть века наш герой – один из сподвижников джаза в России. За его плечами десятки организованных фестивалей, концертов. Но на сцене он появляется лишь затем, чтобы поприветствовать публику или поблагодарить гостей. Его главная роль за кулисами, где он разыгрывает свой джем-сэйшн – приглашает, доставляет и размещает артистов, выполняет по пунктикам технический райдер, рассаживает зрителей и приглашённых гостей в зале. Всё ради того, чтобы и те, и другие получили удовольствие. Начало джазовому калейдоскопу положил Юрий Саульский. Они познакомились в 1996 году – тогда замминистра культуры Михаил Швыдкой попросил подвезти композитора домой. А у Евгения Александровича в то время был один из немногих в Москве «японцев» – серебристый «праворукий» Nissan с бежевой обивкой сидений. В начале 90-х – редкость городских улиц, символизирующая стиль, лоск, эпатаж. Машину пригнали японцы в благодарность за организованные гастроли. Тогда Балашов возглавлял отдел Госконцерта, который курировал выступления как наших за рубежом, так иностранцев в России. В годы обесцененных сбережений японский сувенир Евгения Александровича выручал многих российских деятелей культуры. Не стал исключением и Юрий Саульский. После совместной поездки завязалось знакомство. Спустя время композитор пригласил своего «водителя» сначала заместителем, а потом утвердил директором созданного им же целого Московского джазового ангажемента. Вместе проводили тематические джазовые концерты и мероприятия, посвящённые Эллингтону, Миллеру, Гершвину, Армстронгу, Коноверу, ежегодные фестивали, среди которых «Евразия» в Оренбурге , «Black sea» в Сочи, «Джаз в саду “Эрмитаж”» в Москве. В год до пяти грандиозных событий. После смерти Саульского Балашов продолжил дело маэстро.

– Наша жизнь оказалась нужной и близкой друг другу. Он обожал джаз. Это была его слабость…

Михаил Грин, Юрий Саульский, Евгений Балашов

Внутренний посыл

Но всё-таки случайная встреча имела свою закономерность. С детства Евгений Балашов влюблён в джаз. Впервые услышал его в 50-е годы – время железного занавеса, когда любимую музыку можно было поймать только глубокой ночью на нещадно глушимых иностранных радиостанциях. В обычной московской коммуналке на Карамышевской набережной, когда родители и сестра укладывались спать, включал радиолу и настраивал её на нужную волну. Уже тогда ему стало понятно – это его музыка.

– Джаз внутри. Я его чувствую. Не поймёшь, как. Жена, сколько со мной живёт, слушает, но не заболела. А я заболел, – рассказывает о своём увлечении Евгений Александрович.

Лекарства от этой болезни он так и не нашёл. Да и не искал. Зачем лечить себя от музыки, которая, наоборот, спасает? Как это было, когда он лётчиком служил на Севере. Однажды сажал вертолёт на одном искрящемся огнём двигателе, чиркая, как спичками, колёсиками шасси воду студёного океана. В другой раз двигатель заглох в шторм при посадке на ледокол... И при каждом ЧП неожиданно в голове начинала звучать неизвестно кем и откуда посланная Strangers in the Night. Она буквально прокладывала винтокрылой машине путь сквозь неполадки и непогоду в очерченный круг в квадрате.

Сейчас на его телефоне вместо звонка звучит New York, New York из одноимённого фильма Мартина Скорсезе. Каждый раз, если мелодия раздаётся, народный артист России Анатолий Кролл, оказавшись рядом, замечает: «Когда же она кончится?». На что Евгений Балашов по-свойски отвечает: «Анатолий Ошерович, вы же сами её любите – даже поёте». Они знакомы 25 лет. Вместе устраивают джазовые фестивали и концерты. В первых числах ноября в Московском международном Доме музыки провели очередной фестиваль «Российские звёзды мирового джаза». В этом году его назвали «GnesinJazz– Фабрика джазовых звезд» и посвятили выпускникам знаменитой Гнесинки. В зале, как всегда, аншлаг.

– У Анатолия Кролла каждый фестиваль не похож на предыдущий. Он уникальный продюсер, дирижёр, композитор. Неслучайно Игорь Бутман как-то сказал, что не знает другого человека, который бы лучше Кролла работал с оркестром. Я счастлив не только тем, что жизнь меня вплотную подвела к джазу, но и тем, что познакомился с великолепными музыкантами.

С Анатолием Кроллом четверть века вместе

Само спокойствие Pink Floyd

Когда в конце 60-х годов по состоянию здоровья Евгения Балашова списали на землю, он поступил и окончил ГИТИС. Преподаватели сначала улыбнулись – мол, лётчик собрался быть театроведом… Но, обнаружив в студенте не дюжие способности и рвение, как говорится, зауважали. Выпускник защитил диплом на полгода раньше сокурсников и пришёл в Московскую филармонию, где судьба его свела со многими музыкантами и исполнителями. В 32 года возглавил концертное объединение. В это же время Владимир Спиваков создавал свой знаменитый ансамбль «Виртуозы Москвы». Так как вместительного помещения у молодого коллектива не было, приходил репетировать в просторный кабинет молодого руководителя. Частым гостем со своими музыкантами здесь был и Юрий Башмет. Так постепенно Евгений Балашов стал неотъемлемой частью музыкального мира, вращающегося вокруг классики и джаза подобно земному шару вокруг своей оси. После Московской филармонии вслед за своим руководителем Владиславом Степановичем Ходыкиным перешёл в Росконцерт, потом – в упомянутый Госконцерт, где возглавил отдел организации гастролей зарубежных исполнителей в СССР. Наступила Перестройка…

– Это был период, когда к нам ехали с удовольствием. Первые гастроли Патрисии Каас организовали за 5 тысяч долларов гонорара. Pink Floyd согласились приехать по нашей инициативе сразу после первых переговоров. Свою аппаратуру они привезли на 15 трейлерах. Дали два концерта. На каждом – 30-35 тысяч зрителей. Все места заняты. Ребята – чудо какое-то. Само спокойствие. И насколько спокойны, настолько же открыты. С Майклом Джексоном в Москве организовал три концерта. К первому концертное оборудование доставил самый большой в мире грузовой самолёт Ан-124 «Руслан». Чтобы его разгрузить, понадобилось 20 трейлеров. Кроме того, с Джексоном для участия в шоу прилетело 400 человек. Во время первого концерта весь день шёл проливной дождь. А я радовался. Но больше всего меня поразил сам Майкл. Он как ребёнок. В его техническом райдере стоял пункт – украсить гримёрную комнату игрушками и шариками. Мы её так обвешали, что, когда он вошёл, развёл руками и с детским, неподдельным восхищением, воскликнул: «О-ля-ля, но слишком много!».

Однако джаз в жизни Евгения Александровича оказался сильнее. Используя административный ресурс, в 80-90-е вместе с рок- и поп-исполнителями начал привозить в Советский Союз крупнейших свингеров. С 90-х окончательно окунулся в жанр, который называет музыкой интеллигентных людей.

– Уверен, попса есть, но не уверен, что будет. Сойдёт, преобразуется, перерастёт… А классика и джаз останутся.

В подтверждение слов 8-летняя правнучка Злата, устав от добротного ритма популярного радио в салоне автомобиля во время интервью, с одобрением машет рукой: «Ну ладно, дедушка, включай свой любимый джаз». Он лёгкий, искристый, выдержанный и всегда кстати. Ведь это музыка интеллигентных людей. В этом году она звучит особенно ярко, потому что он юбилейный для многих представителей джаза. Игорю Бутману – 55 лет, Сергею Жилину – 50, Алексею Кузнецову – 75, Владимиру Данилину, также как и Евгению Балашову, – 70. Поздравляем!

В рабочем кабинете
Фото из личного архива