Прямая речь журнал
О культуре и искусстве от тех,
кто создает, и для тех, кто ценит

Скачать журнал .pdf

Равенство нуля

Равенство нуля

Какова природа убийства? Каждый ли homo sapiens имеет склонность лишать другого жизни? Подобные вопросы ставит перед читателем Виталий Бабенко в своей книге «Нуль», выпущенной издательством «Бослен» и представленной на днях в Доме книги «Москва» на Тверской. Сталин, Гитлер, Муссолини умертвили миллионы людей в тюрьмах и в войнах. Идеологи Французской республики Робеспьер, Марат отправляли на гильотину тысячи контрреволюционеров. Римский император Нерон обмазывал смолой христиан и устанавливал их вместо факелов горящими освещать путь горожан в амфитеатр на вечерние бои гладиаторов. Американская медицинская сестра в конце XIX века умертвила почти сотню своих пациентов, а советский маньяк Чикатило жестоко убил более 50 девочек, мальчиков, женщин… Несмотря на различный социальный статус и идеи, все перечисленные персонажи преступают единую для всех заповедь «Не убий», которая, правда, в библейском списке почему-то числится лишь шестой…

Но роман отнюдь не об исторических персонах. И это совершенно не документально-исследовательский труд или научно-фантастическая повесть. Герой Сергей – наш современник, глава частного издательства – готовит книгу-разоблачение о «чёрных деньгах». Её выход для многих равносилен смерти. Ему предлагают варианты сделок… Пересказывать сюжет – всё равно что в корне его убить. Ведь именно детективным жанром автор определяет границы своего творения.

– Кто-то увидел в книге сложный интеллектуальный роман, – рассказал Виталий Бабенко. – Но для меня это просто наивный роман. Потому как «наивный» в переводе с французского первоначально означает «врождённый», «природный».

По мере наполнения сюжетной линии этимологическими экскурсами, рассуждениями, игрой слов «простецкий» детектив действительно приобретает черты интеллектуального чтива. Среди смертей, ужасов поневоле задаёшься вопросом: потребность убивать – природное свойство каждого человека? Сам автор отождествляет нуль и утверждение, что нельзя убивать людей. Именно это равенство – суть религии главного героя. Но на каком-то этапе возникает ощущение противоречия: «…убийство неискоренимо.
И месть за убийство тоже неискоренима. И ненависть, злоба, зависть, агрессивность, самоутверждение за счёт других, попирание слабых, упоение властью – это неискоренимо также». Становится понятно, что Бабенко совершенно не случайно называет свой роман «наивным». Видимо, всё перечисленное тоже приходит к человеку с его появлением на свет. Может, автор ошибается? Пусть читатель разрешает это противоречие сам.