Прямая речь журнал
О культуре и искусстве от тех,
кто создает, и для тех, кто ценит

Скачать журнал .pdf

Улыбка с содержанием и женская достоверность Gnesin Jazz

Улыбка с содержанием и женская достоверность Gnesin Jazz С сыном: Олег также стал музыкантом

Анатолий Кролл на фестивале «Российские звёзды мирового джаза – 2016» открывает фабрику музыкантов

В первых числах ноября XIII Московский международный фестиваль «Российские звёзды мирового джаза – 2016» при поддержке РМС представит воспитанников знаменитой Академии имени Гнесиных. На сцену Московского дома музыки выйдут настоящие подвижники российского джаза на мировой сцене, чтобы предъявить публике своё мастерство. О том, что нам споют и сыграют звёзды, которых зажгла Академия, «ПР» рассказал идейный вдохновитель и продюсер фестиваля, народный артист России Анатолий Кролл.

Большая семья

История умалчивает о том, играли ли сёстры Гнесины джаз, но преподавательские имена кафедры инструментального джазового исполнительства приведут в лёгкое замешательство даже обычного человека, не говоря уже об абитуриентах, мечтающих с детства постичь это искусство. Игорь Бриль, Валерий Гроховский, Александр Осейчук, Жанна Ильмер… И, конечно, Анатолий Кролл. Это не просто педагоги, а музыканты, снискавшие известность как на родине, так и за рубежом. Многие работали и стажировались в США, играли в известных оркестрах, выступали со знаменитыми артистами.

– Анатолий Ошерович, джаз в советские годы особой любовью властей не пользовался. Появлению кафедры предшествовала история?

– В то время в России джазовые музыканты в основном были самородками, которые по собственной инициативе пытались постичь секреты джазовой музыки. Причём, как правило, совершенно без педагогической помощи. В начале восьмидесятых появилось большое количество эстрадных, джазовых исполнителей и коллективов, выступающих в основном в садах, парках, ресторанах. Эту разрозненную среду нужно было упорядочить. Благодаря инициативе таких замечательных музыкантов и композиторов, как Александр Георгиевич Флярковский (в то время заместитель министра культуры), Юрий Сергеевич Саульский, в 1984 году появилась кафедра. Тогда Академия называлась ещё институтом. Когда меня пригласили преподавать на оркестровое отделение кафедры, к предложению сначала отнёсся с сомнением. Но в 2002 году дал согласие, о чём абсолютно не жалею, потому что передо мной открылся совершенно новый мир для деятельности. Считаю, мы должны показывать достижения всех поколений её выпускников. Теперь они состоявшиеся музыканты, которые демонстрируют зрелое искусство. Совсем недавно на концерте моего оркестра («Академик-бэнд» – Ред.), созданного из студентов, увидел очень озадаченное и изумлённое выражение лица одного очень известного музыканта. Он не ожидал, что молодой оркестр может играть на мировом уровне. В этом есть смысл нашей педагогической деятельности. Так что держать в сокрытии работу этой кафедры и шуршать в сторонке – неправильно.


«Академик-бэнд» Анатолия Кролла

– Потому назвали фестиваль «Gnesin Jazz. Фабрика джазовых звёзд»?

– Да. Музыканты будут представлены в трёх направлениях. Первое – молодые звёзды Гнесинки. Второе – зарубежные звёзды, выпускники Академии. Третье – гранды старшего поколения. Это легендарные имена современности – все выпускники Гнесинки. Мы постараемся разбить стереотип о том, что наше молодое поколение – это рафинированные музыканты, выступающие на уровне самодеятельности. Наши выпускники – это очень сложный продукт педагогического труда. Кроме уникального таланта, они обладают знаниями, кругозором, мастерством. Многие – представители уже сложившихся династий. 5-6 ноября состоится фестивальная программа «Gnesin Jazz. Фабрика джазовых звёзд» и «В джазе только гнесинцы!», а с 7-го по 11-е пройдёт VI международный конкурс молодых джазовых исполнителей. Мы объединили фестиваль и конкурс в единый цикл. Причём на конкурсную программу вход будет, как всегда, свободный. Всем, кто сопереживает, можно прийти бесплатно.

Выпускник РАМ имени Гнесиных саксофонист Тимур Некрасов

– Что прозвучит на фестивале? На чём расставили акценты?

– Исполнителей будет очень много. Поэтому выступления будут компактными. Музыкант должен собрать и выплеснуть свою энергетику в сжатые сроки и максимально ярко представить свой талант и произведение. Как я говорю – это будет не фестиваль «я», а фестиваль «мы». И ещё одно условие – исполнитель обязан иметь успех. Мы признали в нём лицо российского джаза и пригласили. Значит, он не должен обезличить себя, превратив фестиваль в инкубатор. Если он ушёл со сцены под стук своих каблуков, не имея достойного успеха у публики, то нанёс фестивалю рану. Особенно на такой замечательной и ответственной площадке, как Дом музыки. Когда зал полон людей, что уже стало хорошей традицией, всегда складывается впечатление, будто собирается единая большая семья. Я влюблён в свою аудиторию.

– Кто она? Особая семья, в которой музыка не для всех?

– Конечно, она не может быть всенародной. Но, по-моему, джаз – самое многоликое музыкальное искусство. В нём сложные направления особым образом сочетаются с такими эмоциональными формами, что трудно представить себе человека, который бы их не воспринял. Современный джаз плотно взаимодействует с этно-музыкой, классической музыкой, мелодиями из кинофильмов…

Аномальные явления

– Видел на ТВ ваше выступление с оркестром «Академик-бэнд». Трудно пробиться в эфир?

– Не считаю это самоцелью. Мне грех жаловаться на ограничение моих желаний. Я прошёл путь, связанный с киномузыкой, исполнительским и композиторским творчеством, педагогической и продюсерской деятельностью, которой сопутствовали концерты и гастроли. Но на самом деле эти единичные показы для телевидения, скорее, явление аномальное. Очень обидно, что наши ведущие телеканалы как бы забыли о существовании джаза. Исключение – несколько радиостанций, которые популяризируют джаз и ведут музыкальные трансляции. На самом деле вы затронули очень важный вопрос. Музыканты должны иметь рупор. Они не могут бегать по улицам и кричать: «Послушайте меня!». Увы, мы не находим возможности во всех подробностях и деталях популяризировать джаз, как это происходит с поп-музыкой. Но прежде сделаю всё, что могу, а потом буду жаловаться.

– Всё-таки вам чаще приходится обращаться с предложениями, чем их принимать?

– Чаще трансляции, концерты, фестивали – результат моей инициативы. Весь смысл нашей деятельности в том, чтобы протянуть руку молодым и талантливым музыкантам. Человек не должен чувствовать себя одиноким. Иначе мы уйдём, а за нами никого. Джаз – это искусство, которое нуждается в интеграции, и музыка инициативных людей. Замкнутый человек без энергии к общению и сотрудничеству напоминает увядшее растение.

– Что-то изменилось с появлением РМС и Гильдии джазового и эстрадного искусства?

– Конечно! Я почувствовал себя причастным к решению многих ранее трудных вопросов. Понимаете, мы не сироты и не должны стоять с протянутой рукой. Мы выступаем от Российского музыкального союза и стараемся нашу работу сделать осязаемой. Приходится решать многие вопросы. Вот недавно при выдвижении соискателей на премию города Москвы в комиссии, членом которой являюсь, в списке не увидел ни одного исполнителя в области джаза. Как это понимать? А оказывается, наших джазовых исполнителей нельзя выдвинуть на соискание премии, потому что они не работают в государственных организациях – таких как филармония, театры. В Москве всего два официально существующих джазовых коллектива. Получается, джазовые музыканты – это какое-то частное сообщество, организующееся само по себе. С возникновением РМС появилась организация, которая может взять на себя как заботу о продвижении ярких творческих личностей, так и проведение крупного мероприятия – фестиваля, конкурса.

Чья возьмёт

– При таких трениях, наверное, молодёжь одолевает соблазн податься в шоу-бизнес?

– От этого не удержать – все хотят работать. Многие талантливые ребята, которые более ярко могли себя проявить в джазе или в другой серьёзной музыке, ушли, если так можно сказать, в околомузыкальный эпатаж. Однако важнейший критерий произведения или выступления – степень художественной значимости. Речь не только о джазе. Много ли вы видите ребят, с почтением относящихся к истинно народной музыке? Нет. Многие профессионалы ушли в попсу. Я за содружество музыкальных направлений, но всё превращать в эпатаж нельзя.

– Джаз в большей степени мужская или женская музыка?

– Если бы увидели, как на контрабасе играет Дарья Чернакова-Соколова, сразу бы поняли, что мужикам рядом с ней делать нечего. Никакого различия между полами нет. Всё определяет степень понимания, таланта, любви, а не подражания. В количественном отношении мужчин, может, и больше, но это не значит, что качество исполнения выше. Потрясающая тромбонистка Алевтина Полякова. После Гнесинки играла у меня в оркестре, потом у Бутмана, да ещё и поёт… Пианистка мирового уровня Юлия Перминова… Не буду перечислять имена – боюсь обидеть. Но иногда у женщин инструмент звучит даже более достоверно, чем в некоторых мужских руках.


Очаровательные выпускницы Гнесинки Анна Бутурлина, Дарья Чернакова-Соколова, Ольга Синяева

– Что нас ждёт?

– Уверен, будет потрясающий фестиваль. Он пройдёт совершенно в новом и необычном ракурсе. Я не скромничаю! Это то, чего не было. Джазовая музыка удивительно человечна. И у неё молодое лицо. На нём не гримаса, а улыбка с содержанием, какой она должна быть у каждого фестиваля. Это очень приятно.

Фото: из личного архива