Прямая речь журнал
О культуре и искусстве от тех,
кто создает, и для тех, кто ценит

Скачать журнал .pdf
Скачать журнал .pdf
Скачать журнал .pdf

«Балаган Лимитед»: 20 лет как знают, чего хотят

«Балаган Лимитед»: 20 лет как знают, чего хотят Солисты группы «Балаган Лимитед» Светлана Смирнова, Дмитрий Филин, Алёна Моругина

Кто хоть однажды побывал на концерте группы «Балаган Лимитед», смог убедиться: коллектив выступает в лучших традициях русской песни – без сучка без задоринки, да так лихо, что с финальными аккордами душа просит застолья. Но за этой осязаемой порцией веселья и озорства из слов и музыки скрывается дорожка, полная шероховатостей, – всё тех же сучков и задоринок. О том, как их преодолевает разудалая компания, накануне юбилея группы рассказал продюсер и лидер коллектива Сергей Харин.

У межи раздора

– Сергей, кто кого, собственно, открыл и какой день можно считать днём рождения группы?

Сергей Харин

– У группы «Балаган Лимитед» два дня рождения. Первый – это конец 1996 года. Я, молодой специалист, только устроился на знаменитую студию «Союз». Опыта не было, и, чтобы себя занять и зря не просиживать время, решил перебрать аудиокассеты с записями молодых артистов, которые были отправлены менеджерами компании в мусорную корзину из-за музыкальной непригодности. Выпотрошил содержимое и начал прослушивать «шедевры». И среди них меня зацепила записанная кустарным образом песня «Чё те надо?» некоего ансамбля «Балаган» из Рыбинска. Находка, показавшаяся безумно ценной, перевернула всю мою размеренную жизнь. С трудом выбиваю в нашей компании деньги на запись понравившейся песни уже в профессиональной студии. Звоню в Ры¬бинск, приглашаю ребят в Москву. Они приехали. Жить негде. На первых порах часто ночевали у меня в комнате на проспекте Мира, у метро «Алексеевская». Записываем трек, и я решаю, что группе надо сменить название. В 1990-е в каждом доме культуры было по «Балагану», поющему народные песни. Я предложил дополнить название словом «Лимитед». Если есть «Иванушки International», почему бы не стать «Балагану» – Лимитед? В итоге песня группы входит в популярный тогда сборник студии «Союз». Группу замечают. А я начинаю выбивать деньги уже на запись альбома. В то время меня поддержал нынешний директор студии «Союз» Александр Бочков. Говорит: «Торговля замучила. Мол, что за группа такая? Из каждого “утюга” звучит!» С горем пополам мне выделяют на запись ещё 10 тысяч долларов – на тот момент сумма, эквивалентная стоимости комнаты в коммуналке в пределах Третьего кольца. И в начале 1997 года выходит первый альбом группы «Балаган Лимитед», который разлетается сумасшедшим тиражом.

– Сказочная история... А второй день рождения?

– А вторым днём рождения стало 1 июня 1999 года, когда я неожиданно для всех сменил состав группы. 


– С чем связано это кардинальное решение? 

– Со стороны это решение выглядело как сумасшествие. Группа на пике популярности. Выпускает третий успешный альбом, записывает два дуэта с Филиппом Киркоровым, песни звучат на «Русском радио», как вдруг Сергей Харин отключает телефон, не отвечает на звонки и берёт в группу совершенно незнакомых людей, которые до этого пели в ресторане на Арбате. Крутому повороту предшествовали непростые отношения, возникшие между мной и участниками «Балагана Лимитед». Люди, как я понял, не выдержали испытания славой и деньгами. В разгар подготовки к концертным выступлениям в рамках рекламной кампании в США, Англии, Таиланде и Италии, когда были подписаны договоры с организаторами, некоторые солисты потребовали изменить условия работы в этом проекте. Мол, не хотим петь с другими артистами, давай мы споём отдельно от всех, а они уж между собой пусть как хотят, так и выстраивают программу. Я объясняю – мол, заказчик против такого подхода. Не убедил. Повышаю уже голос. И через пару дней получаю заявление, что группа принимает решение от меня уйти. Причины: я на них кричу, не посвящаю коллектив в творческие планы и записывал их в студии («Союз»), в которой они не хотят записываться. Вы понимаете, что посвящать в творческие планы не входит в обязанности ни одного продюсера, а студия в нашем распоряжении была та, которая с минимальными затратами обеспечивала эфир на лучших радиостанциях. Эти причины, лишённые аргументов, были смешны. Ребята быстро забыли, как мы ели из одного котла в моей коммуналке на проспекте Мира, как я выбивал деньги и организовывал концерты и участие в ТВ-программах, и главное – не случись мне «откопать» в корзине песню «Чё те надо?», группу никто не узнал бы.

Зато из многочисленных интервью, которые участники коллектива стали давать, узнал, насколько я негодный продюсер. На фоне событий у меня случился нервный срыв. По сути, это было предательство. Но на этом история не закончилась. Через месяц слышу от них о том, что они возвращаются – мол, лучшего продюсера они всё равно не найдут. Это было перемирие со слезами. Я согласился. Нам нужно было отрабатывать деньги, вложенные в коллектив. Но не прошло и двух месяцев, как в один прекрасный день они приехали ко мне в гости с тортиком и сообщили о создании собственного творческого объединения «Балаган Лимитед», с которым я теперь буду работать. То есть не с ними, а у них. Я понял, что больше не хочу играть в эти игры. Предложил им написать заявление об уходе по собственному желанию, а сам решил набрать новый состав. Мне помог друг по студийной работе Александр Колесников. Сказал, что у него есть на примете ребята народники, работают в ресторане на Арбате. Он помог ранее им записать песню «Колечко моё, золото литое…». Мы пришли. Смотрю на их выступление. Смешные, глаза горят… Сразу понял – они. Спрашиваю: «Хотите петь у меня?» В ответ услышал: «Да». Так, 1 июня 1999 года стал вторым днём рождения группы. 

– Пресса много писала о том, что вы украли название у прежнего состава...

– Я читал. И не хотел никому ничего доказывать. Во-первых, придумал имя я. «Балаганов» было много, а «Балаган Лимитед», известный людям, – один. Во-вторых, во время судебных разбирательств выяснилось, что слово «Балаган» было юридически закреплено как товарный знак за другой компанией, которая запросто могла подать на нас и на студию «Союз» в суд за несанкционированное использование бренда. Наши юристы с трудом выкупили права у владельца этого знака, и, по сути, спасли уже ставших бывшими участников группы от неминуемых выплат. Так что я не мог украсть у прежнего состава то, что им не принадлежало. Теперь прежний состав выступает под другим названием. Позже я узнал, что они некрасиво поступили ещё с несколькими продюсерами. Но это уже не моя история. Хотя не буду скрывать, часто их вспоминаю. И без обиды. Даже благодарю, что преподали мне урок: как справиться, если артист оказался непорядочным.

– То есть с 1999 года не возникало кризисов, подобных пережитому? 

– Подобно пережитому – нет! Хотя проблем хватало. Особенно из-за нестабильной обстановки в стране. Когда в 2008 году разразился финансовый кризис, у нас замолчали все телефоны, на концерты никто не звал, людям было не до веселья. Чтобы выжить, мы сами ездили по городам и расклеивали свои афиши. Однажды выходим на сцену, а в зале 30 человек. Прокатчик, как выяснилось позже, не обеспокоился рекламой. Но мы всё равно отыграли двухчасовой концерт. Среди зрителей оказался мэр этого города. После концерта подходит и спрашивает: «Зачем вам это надо? Вы же только бензин и еду окупили». – «А как иначе? – отвечаем. – Зрители заплатили деньги, купили билеты. Они не виноваты в том, что нас подвели».

Мы за 20 лет многое прошли. Но за это время наш коллектив стал одной семьёй. Сами посудите: солисты Светлана Смирнова и Дмитрий Филин 30 лет муж и жена. Их сын работает у нас звукорежиссёром. Я – крёстный папа дочки другой солистки группы Алёны Моругиной. У нас все праздники и беды – общие. И свадьбы вместе играем, и рождение детей празднуем, и в последний путь близких вме¬сте провожаем. Иногда преобладает желание не собраться, а разбежаться, чтобы отдохнуть друг от друга. Но плотный рабочий график не даёт этому осуществиться. К счастью!


Народной тропой

– Группа выпустила 17 альбомов. Читал, что исполнение всех песен из репертуара займёт почти 20 часов. Был свидетелем того, как вы не просто поёте, а находитесь в постоянном движении. Откуда столько энергии?

– Однажды мы выступали на мероприятии, где присутствовали японские инженеры. Увидев, как наши артисты одновременно и поют, и танцуют, не выдержали, подошли после концерта и сказали: «Как такое возможно? Это же не люди, а роботы!» Но мы действительно не можем стоять перед микрофоном, просто петь и махать ручками. Нам нужно танцевать, заполнять собой не то что сцену – весь зрительный зал. Без этого невозможно представить балаган.

– Все солисты в отличной форме. Это политика ежовых рукавиц продюсера – изматывать артистов диетами, спортом, строгим режимом и сопутствующими тренингами?

– Никто никаких тренингов не проводит. И рукавицы у меня меховые! Иногда случалось на гастролях после концерта выслушивать – мол, прислали непонятный состав, двойников. Мол, не могут люди так выглядеть, когда им далеко за сорок. Не поверите, но иногда приходилось принимающей стороне паспорта показывать, чтоб подтвердить – солисты настоящие! А всё потому, что артисты группы не употребляют алкоголь, не курят, занимаются йогой, практически не едят мяса.

– Это ваша установка?

– Да вы что! Они сами к этому пришли. Это их выбор. Поэтому все в такой хорошей форме и никто не прибегал к пластическим операциям.

– У вас очень красивые и, судя по всему, дорогие костюмы.

– За время концерта мы меняем по шесть костюмов. Они ручной работы. Коллекцию по мотивам жостовской росписи создал молодой дизайнер Сергей Исайкин. На чёрном фоне вручную полгода вышивал бисером и камнями яркие цветы – аналоги тех, что на подносах. К Новому году подготовил серию зимних костюмов с орнаментом дымковской игрушки. Первыми их увидели в новогоднюю ночь жители Керчи, на центральной городской площади, где мы выступали. А модельер Марина Черемисина подготовила костюмы по мотивам сказки Бажова «Каменный цветок». Платья будут цвета малахита и других уральских камней и украшены объёмными ящерицами. Это уникальная, трудоёмкая и долгая работа. Поэтому, когда мне говорят: «Вот ты продюсер, а дом себе не построил…», я отвечаю: «Мой дом – в костюмах!»

– Как вас встречают регионы?

– Народная культура в провинции не умирает. В Мо¬скве её уже нет. Надежду Бабкину я сейчас только в «Модном приговоре» вижу, «Бурановских бабушек» почти перестали показывать, Пелагея ведёт «Голос»… У нас десятки певиц на экране. А где народные песни? А ведь именно с ними растут национальное самосознание, народная культура. Почему на Кавказе ребёнок с двух лет танцует лезгинку, а у нас читает рэп? Где вы видели, чтобы сейчас учили «Во поле берёза стояла», «Калинку-малинку», «Во саду ли в огороде»? А нас этим песням и народным танцам в школе учили… Но в провинции народная культура пока всё-таки живёт. Вы бы видели, как в Астрахани на конкурсе «Студент года» выступили студенты в категориях «народник», «народница», «народные танцы»!.. Это поколение тех, кто, по идее, должен слушать Элджея, Matrangа или Крида. Но они слушают и любят другую музыку, музыку русских истоков. Так что народную музыку за пределами больших городов воспринимают хорошо. Правда, у нас в «Балагане Лимитед» она давно уже не народная, а псевдонародная, то есть написанная авторами под фольклор. Но мы сейчас решили вернуться к истокам и записывать исключительно народный альбом. Ещё лежит пласт собранных в фольклорных экспедициях редких песен, который нужно разбирать.

– Как объясняете востребованность?

– Зрителю не хватает весёлых, душевных песен. Наша музыка несёт позитив. Иногда даже думаю: «Может, нам воду положительной энергетикой заряжать?» Моя племянница с двух лет песни «Балагана Лимитед» знала наизусть. Однажды включила диск и вдруг стала навзрыд плакать. Родители испугались: мол, что случилось? «Песня про дождь очень грустная», – отвечает. Еле успокоили. Музыка за душу даже ребёнка берёт. А от песни «Мама» расплакался во время выступления наш концертный директор. Заходим за кулисы, а он слезу смахивает – человек, которого музыкой сложно удивить. Он только со звёздами работал. Искренняя песня всегда находит отклик.

Сцена из видеоклипа

Семь минут на «Диву»

– В клипе «Пару тыщ» в кадре европейский городок. Похоже, по западную сторону от России ваше шоу тоже вызвало живой интерес?

– Этот клип мы в Эстонии снимали. У нас уже были оформлены визы, оплачены дорога, съёмки, как неожиданно Эстония в очередной раз в чём-то обвинила Россию, и между странами пробежал холодок. Мы ехали и сильно нервничали. Как нас встретят люди, которым СМИ постоянно говорят, что Россия – враг. А отменять что-либо было поздно. И представьте! Лето, август, воскресенье, одна из центральных площадей Таллина, уставленная столиками, за которыми сидят горожане и туристы, как вдруг перед ними появляется группа в ярких костюмах с коронами, шапками, кокошниками на голове. Русские в городе! Люди сначала были парализованы, а потом… Посмотрите клип. Он отражает действительность. Мы поём, приплясываем, нас снимают на телефоны, улыбаются. По сценарию герой ролика, мальчик, сидит на обочине и собирает деньги на собаку. И музыканты решили ему помочь. Стояли рядом с ним и пели. А прохожие бросали монеты. Не поверите, мы реально собрали много денег! И ни разу не услышали негативного отзыва. Что значит – музыка! Она вне политики. А недавно эстонцы нас пригласили на народный фестиваль.

– Вы не только продюсер группы «Балаган Лимитед», но и автор многих песен. Среди них супершлягер «Мальчик хочет в Тамбов». Вы действительно так хотели в Тамбов, что написали текст к западному шлягеру, который перепел Мурат Насыров?

– Я не хотел в Тамбов! Так уж получилось. В русской версии использован ассоциативный ряд английских слов. Рассказывают, что многие наши туристы, услышав за границей оригинал, говорили: «Взяли нашу песню, переделали и теперь деньги зарабатывают». Настолько она стала родной. А в этом году для молодого исполнителя Кирилла Даревского я написал новую версию этой песни. Название, правда, чуть изменилось: «Мальчик, хочешь в Тамбов?» Месяц назад она появилась в эфире. 

– А история «Дивы» будет иметь продолжение?

– Пока не планируется. Когда позвонил Филипп и попросил написать текст к песне, я отдыхал в Сочи. Я согласился. Но, сами понимаете, море, курорт… Про работу просто забыл. Вспомнил в ночь перед вылетом. Проснулся, сел и написал текст за семь минут. Как го¬ворится, в нужное время проснулся. Вообще я много пишу. Не всё так выстреливает, как хотелось бы. Но я к слову строг, даже если это частушка. Я окончил фа-культет журналистики Львовского военно-политического училища. Мой педагог, профессор литературы Роман Цивин, привил любовь к русскому слову. Сегодня задумался, сколько моих песен звучит на радио в этом году. Насчитал десять…

…Беседа закончилась. Сергей со смартфона заходит в личный кабинет, чтобы увидеть – что, где и сколько раз прозвучало из репертуара группы. За полтора часа интервью песни «Балаган Лимитед» передавали в эфире на Алтае, в Пскове, Волгограде, Соликамске, Гомеле, Таллине… Вывод напрашивается сам собой: народную песню любят и слушают. И не только в России.

Фото: Елена Волкова