Прямая речь журнал
О культуре и искусстве от тех,
кто создает, и для тех, кто ценит

Скачать журнал .pdf
Скачать журнал .pdf

В Зоне Тарковского

В Зоне Тарковского «Оскар» Андрея Звягинцева обошёл стороной, но интерес к картине «Левиафан» не ослабевает. Споры о том, что можно, а чего не нужно показывать о России, напомнили историю 50-летней давности, когда Андрей Тарковский снимал эпохальную историческую драму «Андрей Рублёв». Сестра режиссёра Марина Тарковская рассказала «ПР», за что признанному в мире автору фильмов «Иваново детство», «Солярис», «Зеркало», «Сталкер» доставалось на родине.

Художник жизни

Она киновед, популяризирует творческое наследие отца, поэта Арсения Тарковского, и брата-режиссёра. Участвовала в создании музеев в Костромской и Ивановской областях, выпустила две книги о семье –

«Осколки зеркала», «Теперь у нас новый адрес… Московские адреса Тарковских». В молодости по совету старшего брата Андрея решила поступать на актёрский факультет ВГИКа. Но на экзамене, как признаётся спустя годы, стало неловко кого-то изображать. Поэтому извинилась и… покинула аудиторию.

– ВГИК – судьба Андрея, – резюмирует моя собеседница.

Но режиссёр, похоже, считал иначе. На роль Хари в «Солярисе» пробовались многие актрисы: первая жена Ирма Рауш, Маргарита Терехова... Однако Тарковский искал лицо совести – то, которое видел, возможно, в сестре. Потому что в результате утвердил похожую на неё Наталью Бондарчук.

– У нас с актрисой имеется внешнее сходство, – считает Марина Тарковская.

Марина Арсеньевна, каким вспоминаете брата?

– Мне вспоминается такой эпизод. Однажды, когда пришла к нему, уже состоявшемуся режиссёру, меня поразил не единственный элемент роскоши в квартире – польский кухонный гарнитур, а обвязанная расписанным шпагатом жестяная консервная банка, приспособленная под подставку для ручек и карандашей. Андрей умел скрасить скудную жизнь советского человека. К книге Артура Конан Дойля собственноручно сделал суперобложку: нарисовал городской пейзаж, росписью вывел имя автора, название. А в молодости обклеил часть стены в комнате царскими рублями, доставшимися в наследство от бабушки. В таких находках проявлялась его творческая натура.

После прочтения вашей книги складывается впечатление, что вы вместе с мамой стояли в очередях, стирали, гладили, готовили, убирали… Андрей же постигал творчество, стригся исключительно в «Метрополе», гулял стилягой в зауженных брюкахдудочках по Тверской… У него были какие-то обязанности? Чем он помогал вам?

– Он жил своей жизнью – той, которая была ему интересна. Попросить его сходить за хлебом всегда было проблемой. Его сильно изменила геологическая экспедиция в Сибирь накануне поступления во ВГИК. Вернулся из тайги он уже другим. Зарплату отдавал маме, мне купил очень красивые босоножки. Позже из заграничных поездок привозил подарки: мне – духи, дочке – шерстяную шапочку, шарфик...

А состоявшимся режиссёром чуждался домашнего труда?

– Отчего же?! Мы ведь с детства лето проводили в деревнях, где отец снимал дом, предпочитая его даче. От отца Андрей унаследовал дар чинить, латать, мастерить. Когда «простаивали» фильмы, ехал обустраивать дачу. Своими руками построил баню, сарай.

Почему же Марчелло Мастроянни, Карло Понти, побывав у Тарковского в гостях, решили, что он – эксцентричный хиппи, ведущий богемную жизнь, далёкую от бытовой рутины?

– Итальянские гости приехали, когда Андрей с женой жили в квартире на последнем этаже, где протекала крыша. Мебели почти не было. Хозяева решили создать восточный антураж. Заняли у кого-то ковёр, разложили подушки. Лариса Павловна была искусной кулинаркой и приготовила очень вкусные восточные блюда. Конечно, было много вина и водки, без чего невозможно застолье. Необычности интерьеру прибавляли расставленные по квартире тазики и вёдра, в которые с потолка капала вода. Естественно, гости были удивлены.

Лёгкая рука ЦК

…Андрей поступил в штат «Мосфильма» ещё не окончив ВГИК. Уже в следующем году (1962 – Ред.) первая его полнометражная работа – «Иваново детство» – принесла победу на Венецианском кинофестивале и мировую известность. Кроме того, он получил солидное материальное подкрепление своему признанию: двухкомнатную квартиру в центре города.

Стремительный успех вскружил ему голову?

– Действительно, на него буквально обрушилась слава. Она помогла ему оценить самого себя. Со временем его уверенность в себе как в художнике крепла. Но беда в том, что в основном картины не были приняты киноначальством. Например, фильм «Андрей Рублёв» пролежал на полке пять лет – с 1966-го по 1971-й. Подобная участь постигла большинство его работ. Годы уходили на согласования и утверждения сценариев, ожидания, борьбу с чиновниками. В итоге Андрей снял всего семь полнометражных картин. Его часто приглашали в жюри международных кинофестивалей, но письма и телеграммы не доходили: оседали в кабинетах руководства.

Но сценарий «Андрея Рублёва» утвердили быстро. Получается, ему всё-таки давали снимать.

– Содействие оказал Георгий Иванович Куницын из отдела культуры ЦК КПСС, благодаря которому на экраны вышли такие фильмы, как «Бег», «Берегись автомобиля», «Председатель», «Айболит-66», «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещён»… Георгий Иванович позвонил в журнал «Искусство кино» и попросил опубликовать сценарий, написанный Андреем вместе с Андроном Кончаловским. Руководящему работнику из ЦК отказать не посмели… Таким образом, сценарий прошёл цензуру и фильм запустили в производство.

Критики писали, что натурализм в картине переходит в бессердечность.

– Возможно, какие-то сцены кому-то показались жестокими (убийство коровы, лошади – Ред.). Уже на этапе съёмок Тарковского осуждали за показанные грязь, нищету, бедность, в которой жили русские люди. Но ведь и жизнь в конце XIV – начале XV веков была жестока. Андрея обвинили в пропаганде насилия. Картину положили на полку. Настоящая премьера состоялась спустя 20 лет – в 1987-м.

Идею сценария предложил Василий Ливанов, который хотел сыграть в фильме Рублёва. Режиссёры эту идею подхватили, реализовали, но в картину его не позвали…

– Когда Тарковский и Кончаловский приступили к работе, Василий Ливанов уехал в тайгу на съёмки фильма «Неотправленное письмо». Поэтому сценарий был написан без него. Василий Борисович – выдающийся актёр, но главным героем стал никому не известный Анатолий Солоницын. Когда я впервые увидела этого человека на проходной «Мосфильма», то почему-то сразу поняла, что он идёт на пробы к Андрею. Он был в чёрном пальто с поднятым воротником и без шапки, хотя, несмотря на мартовское солнце, было морозно. Но меня тогда поразило его лицо: оно буквально излучало свет. Несколькими минутами позже, войдя в кабинет Андрея, я увидела, как они за столом уже обсуждают роль.

В «Зеркале» также Тарковский отдал предпочтение малоизвестной тогда Маргарите Тереховой, а не популярной Марине Влади…

– Тарковский хотел видеть в фильме новое лицо. Им стала Маргарита Терехова. Возможно, Андрей заведомо знал, что в этой картине Влади не будет играть, но пробы по установленному для всех режиссёров порядку он был обязан провести. Конечно же, на него справедливо обиделись и Влади, и Высоцкий. Ведь помощники Андрея даже не сообщили Марине о своём решении. Но она прекрасная, удивительная женщина. Когда брат тяжело заболел, Влади сделала всё возможное, чтобы ему помочь. Андрей с семьёй некоторое время жил у неё дома. Его лечил её муж, профессор, онколог. А позже Марина давала деньги на его лечение в больнице…

Роковой «Сталкер»

Почему Станислав Лем, увидев «Солярис», перестал с режиссёром общаться?

– У Тарковского как художника было другое видение романа. Лем приехал в Москву и проявил свою авторскую принципиальность. Почти два месяца они согласовывали сценарий. В конце концов Лем уехал недовольный. Увидев картину, он разочаровался: мол, это скорее Достоевский, а не то, о чём он писал. Больше они не общались.

От «Пикника на обочине» Стругацких в «Сталкере» Тарковского тоже осталось немногое: бандит превращается в преданного раба Зоны.

– Стругацкие признавались, что сценарий переписывали до изнеможения. Возможно, они отнеслись к работе с некоторым недовольством, но с пониманием: в Тарковском писатели признали гения. Позже они вспоминали, как фильму присуждали категорию, от которой зависела судьба проката и зарплата всей съёмочной группы. После просмотра члены комиссии покидали зал молча, никак не высказывая своего мнения. В своих дневниках Стругацкие оставили запись: «Куда они ушли? В буфет? В писсуар? Люди, которые ничего не поняли из фильма… удалились». Картине присудили оскорбительную вторую категорию.

Не всё было просто и на этапе съёмок. Дорогущая и дефицитная плёнка Kodak оказалась просроченной. Брак обнаружился, когда закончилась большая часть съёмок на открытой местности. Это была катастрофа! Андрей перенёс инфаркт. Но «Сталкера» всё-таки спасли. Нашлись люди, которые под предлогом второй серии выбили на пересъёмку дополнительные деньги.

В фильме звучало стихотворение вашего отца «Вот и лето прошло, словно и не бывало». Вы помните, при каких обстоятельствах его написал Арсений Тарковский?

– В конце 60-х годов в Литве, в Друскининкае, где он поправлял здоровье. Действительно, стояла золотая осень, которая навеяла папе эти строки.

А потом Владимир Матецкий написал музыку, а София Ротару исполнила песню. Вы встречались с композитором и певицей?

– Ну что вы… На мой взгляд, песня совершенно не передаёт лирического настроения, осмысления пережитого. Знаю, что эти слова ещё легли в основу романса, но, откровенно говоря, папа не любил, когда подобным образом использовалось его творчество.

Одни ассоциировали Зону «Сталкера» с ГУЛагом. Другие называли фильм пророческим: режиссёр в нём предвидел Чернобыль. Когда из жизни рано ушли Солоницын, Тарковский, Гринько, Кайдановский, заговорили о злом роке. Вы верите в мистический след Зоны?

– Фильм снимали на полуразрушенной электростанции под Таллином. Рассказывали, что выше по течению реки находилась целлюлозная фабрика, откуда в реку регулярно сбрасывали отходы, отчего на поверхности воды оставалась загадочная пена. Так родилась история о том, что некоторые участники съёмок впоследствии заболели и умерли. Честно говоря, я в неё не верю.

Фильмы Тарковского иногда воспринимаются как искупление его собственных грехов…

– Единственный фильм, где он говорит о себе и своих внутренних переживаниях, – это «Зеркало». Андрей имел право на счастье: выбирать и строить свою жизнь так, как хотел. К сожалению, не всё получилось. Но это его трагедия, а не вина.

Андрей отчасти повторил путь отца, когда оставил семью…

– Когда Андрей ушёл от Ирмы (Рауш – Ред.) к Ларисе Кизиловой, то от меня и родителей немного отстранился. Его никто не осуждал, но, видимо, он чувствовал свою вину за то, что оставил Ирму с сыном (Арсений – Ред.), с которым продолжал встречаться и после развода.

А сам Андрей простил отца за его уход из семьи?

– Боль и обиды были у мамы. Но она оставалась мудрейшей женщиной и не настраивала нас против папы, о котором мы только и слышали от неё, какой он замечательный. Второй раз она замуж так и не вышла. Отец к нам часто приходил, привозил гостинцы. Поэтому никаких обид развод родителей у брата не вызвал.

Наоборот, отец для Андрея всегда оставался авторитетом.
Но  в  каждом  из  нас  после  его  ухода  из  семьи  жила внутренняя необъяснимая боль.

–  Кто-то  из  сыновей  Андрея  Тарковского  связал жизнь с кино?

–  Нет.  Старший  Арсений  –  замечательный  хирург, младший  Андрей  живёт  за  границей,  занимается творческим наследием отца.

– Для вас решение Тарковского остаться на Западе было неожиданным?

– Да. Ведь он даже как-то сказал, что не останется за границей и не доставит удовольствия тем, кто хочет, чтобы он  не  возвращался. Но,  видимо,  устал  тратить  силы  на борьбу и, уехав в Италию на съёмки, уже не вернулся…

В 1984 году Андрей Тарковский объявил о своём решении не возвращаться в Советский Союз. Через год врачи диагностировали у него рак лёгких. 29 декабря 1986 года режиссёр скончался. Ему было 54 года. Похоронили его на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа недалеко от Парижа после Нового года – 3 января. От Союза кинематографистов прислали венок. После прощания, чтобы помянуть Андрея, Галина Вишневская пригласила его родных к себе домой. Больше места для него не нашлось…