Прямая речь журнал
О культуре и искусстве от тех,
кто создает, и для тех, кто ценит

Александр Романовский: «Надо быть готовым ко всему»

Александр Романовский: «Надо быть готовым ко всему»

Фото: Екатерина Кондратьева

Его имя хорошо известно публике: лауреат XIV Международного конкурса имени Чайковского, впервые удостоенный специального приза Владимира Крайнева. В гастрольном турне между корейским Сеулом и итальянским Римом в октябре находит место в российской Чите. В своей сольной программе в Большом зале Московской консерватории музыкант исполнил известные фортепианные сочинения Шопена и Рахманинова. Мы поговорили с пианистом о его репертуарных предпочтениях и литературных вкусах.

Фото: Екатерина Кондратьева

В диалоге со слушателем

– Александр, для своего сольного концерта вы выбрали произведения Шопена и Рахманинова. Какие качества объединяют этих композиторов?

– Оба – композиторы, которые ведут личный диалог со слушателем. В этой музыке каждый найдёт то, что ему близко. Шопен и Рахманинов использовали возможности рояля настолько широко, что никто до сегодняшнего дня не смог их превзойти.

– Исполнителю важно приблизиться к замыслу композитора или передать своё мироощущение?

– Чайковский в своих письмах отмечал, что в самые тяжёлые моменты своей жизни он писал самую беззаботную и радостную музыку. Творчество – процесс мистический, не поддающийся логике, настоящие шедевры живут своей жизнью. Для меня как исполнителя важно понять глубинный смысл произведения, проникнуть в его структуру. Пропуская через себя, мы уже привносим в произведение своё мировоззрение, свой взгляд на мир.

– Существует разница между публикой в России и за рубежом?


Фото: Даниил Рабовский

– В зависимости от географии, мероприятий публика даже в России очень разная. Поэтому сложно сравнивать или обобщать. Одни люди хорошо разбираются в академической музыке, другие от неё далеки, существует старшее поколение, воспитанное в советское время, а есть молодые слушатели. Иногда может показаться, что на повседневном уровне мы далеки друг от друга, но на глубинном нас всех беспокоят одни и те же вопросы: каждому есть что сказать. Уверен, что любое соприкосновение человека с музыкой оставляет свой след. Можно вспомнить, как в годы Советского Союза многие из нас посещали музыкальную школу, музыкальные кружки, студии хореографии, всем классом или с родителями ходили на концерты. Эти ощущения и впечатления остаются с нами на всю жизнь, потому что сильная, мощная классическая музыка обладает колоссальным энергетическим зарядом.

Компас, который не обманет

– Вы родились в СССР, в 11 лет впервые выступили на большой сцене вместе с прославленным оркестром «Виртуозы Москвы» под управлением Владимира Спивакова, потом переехали на учёбу в Италию и выбрали Европу. Где комфортнее себя ощущаете?

– Мой педагог Леонид Маргариус пригласил меня в свой класс, который он ведёт в Международной академии Incontri col Maestro в итальянском городе Имола. Мои родители оставили нашу страну не в погоне за лучшей жизнью, а ради того, чтобы я мог находиться рядом с учителем. Расти и развиваться в окружении красоты, которой пропитан каждый квадратный метр Италии, – огромное везение. Но слово «корни» – не пустой звук, потому что кровь нельзя заменить. Даже если я бóльшую часть жизни провёл в Европе, всё равно чувствую себя русским человеком. В последнее время меня часто приглашают выступить в России. Я чувствую с ней неразрывную связь, получаю огромный заряд энергии, и чем больше взаимодействую, тем более счастлив.

– Вы неоднократно побеждали на престижных международных конкурсах. В современном мире подобный путь к успеху самый короткий?

– Мы живём в такое время, когда все изведанные пути работают абсолютно индивидуально. Сама по себе артистическая тропа каждого музыканта уникальна. Очень много конкурсов существует, и, конечно, любой конкурс – это шанс показать себя, быть услышанным. Однако не нужно обольщаться, что, получив ту или иную премию, ты сможешь круто изменить свою жизнь. Нет одного события, которое полностью перевернёт твою жизнь, а есть значительное количество незаметных, маленьких, средних и больших ступеней, которые и составляют путь любого артиста. И если ты движешься в правильном направлении, оказываешься там, где нужно.

– Какова доля везения в успешной карьере на Западе?

– Существуют общие правила, которым нужно следовать, но далеко не у всех получается. Нельзя сказать, какой точно конкурс надо выбрать или с каким менеджером познакомиться. Мы движемся в огромном мире возможностей, в котором бесконечное число вариантов, поэтому единственным компасом может быть твой внутренний стержень. Над внутренним компасом нужно работать в первую очередь. Он тебя не обманет.

– Вам довелось выступать на концерте в папской резиденции в присутствии большого поклонника музыкального искусства Папы Римского Бенедикта XVI. Его святейшество не предлагал сыграть в ансамбле?

– Нет, в ансамбле мы не играли, но тот факт, что Папа Бенедикт XVI хорошо знаком с музыкой и даже сам музицирует, произвёл на меня впечатление. Когда я играл концерт Моцарта, Папа сидел буквально в нескольких шагах от меня. После концерта он поблагодарил.

Встреча с публикой – всегда загадка

– Современные исполнители всё чаще обращаются к малоизвестной аутентичной или современной музыке. У вас есть опыт работы с ней?

– В каждой эпохе я нахожу что-то интересное. Современная музыка – абсолютно новый опыт, который манит исполнителей полной свободой трактовки. Для того чтобы понять и прочувствовать эту музыку, нужно время. Если встречаю ту, которая меня вдохновляет, с удовольствием берусь за неё. Я не исключаю коллаборации с современными композиторами.

– Вам знакомо сценическое волнение?

– Ещё как! Это абсолютно естественно и логично. Встреча с публикой – это всегда загадка. Случится ли взаимодействие, на которое рассчитываешь? Сумеешь ли добиться артистического результата? Это очень тонкие материи, где задействовано много факторов. Всегда есть большое волнение перед концертом, во время концерта. Если наступает момент безразличия или полного спокойствия – значит, что-то идёт не так.

– Вы суеверный человек? Каких-то примет или правил придерживаетесь в день выступления?


Фото: Даниил Рабовский

– Ещё 30 лет назад, когда концертная жизнь музыкантов была достаточно прогнозируема, возможно, существовала благотворная почва для зарождения каких-то примет. Но в современном мире всё может измениться в любое мгновение. Когда предстоит концерт в Московской филармонии, заранее знаю, что меня ждёт. А выступать в незнакомом месте, не зная при этом, где будет стоять инструмент, какая будет публика, – хорошая возможность избавиться от любых ожиданий и запрограммированных действий. Возникают разные ситуации: самолёт приземляется за час до выступления или концерт уже начался, публика ждёт, а ты мчишься из аэропорта в зал без предварительной репетиции. Я, как человек верующий, всегда полагаюсь на высшие силы. Конечно, замечательно, когда накануне удаётся хорошо выспаться, вкусно позавтракать, порепетировать и спокойно настроиться на выступление, но так происходит далеко не всегда. Поэтому надо быть готовым ко всему. И в этом есть определённый драйв: преобразовать творческое волнение в позитивный подъём.

– Что скажете о модном нынче эпатаже, к которому прибегают современные исполнители?

– На самом деле этот способ существования на сцене возник не сегодня. Ещё в 80-е годы прошлого века режиссёр Георгий Товстоногов в одном интервью говорил, что задача театра – поразить публику исполнительским искусством, а не шокировать подручными средствами. Когда не хватает мастерства, в ход идут молотки.

С Чеховым из локдауна

– Кумиры прошлых поколений для публики были недосягаемы, а современные музыканты свою жизнь активно транслируют в социальных сетях... Как относитесь к нынешнему проявлению публичности?

– В истории были периоды, когда искусство возносилось на пьедестал, а публика считала творцов небожителями и созерцала издалека. Было время, когда искусство тесно переплеталось с повседневной жизнью. Например, Микеланджело и другие мастера эпохи Возрождения работали вместе с подмастерьями, проживая обычную человеческую жизнь, в артистических лавках – боттегах. Спустя века мы восторгаемся их шедеврами, а для современников они были обычными ремесленниками. Думаю, сейчас настал момент, когда мы должны почувствовать живительную силу энергии искусства. Современная молодёжь не выбирает академическое искусство, потому что не знакома с ощущениями, которые оно дарит.

– Во время локдауна общались с поклонниками в социальных сетях?

– Я стремился любыми путями найти контакт с публикой. Пробовал разные формы: делился ежедневными записями рабочих процессов, давал онлайн-концерты. В какой-то момент начал читать в прямом эфире рассказы Чехова на итальянском языке.

– Творчество Чехова заинтересовало итальянскую аудиторию?

– Несколько рассказов взволновали итальянцев. Например, «Тоска». По-моему, очень драматичный. Речь идёт об извозчике, у которого умер сын и который всё время хотел этим поделиться. Клиенты приходили, уходили и не обращали внимания. И в итоге он вёл диалог с лошадью. Итальянцы очень чувствительные люди, межличностное общение в их культуре возведено на высокий уровень.

– Что интересного удалось реализовать за последние годы?

Фото: Екатерина Кондратьева

– У меня родился проект, который мы назвали PIANO B. Название было выбрано не случайно, так как слово piano в итальянском имеет несколько значений: его можно перевести и как план, и как фортепиано. За полтора месяца нам удалось организовать 41 концерт, то есть я играл почти каждый день, а иногда по два или три раза в день. Мы начали на самом севере, на озере Комо, и постепенно спустились через Лигурию, Тоскану в Неаполь. В Неаполе мы сели на паром, добрались до Сицилии, а потом пошли обратно через Калабрию на север вдоль восточного побережья. Предпочтение отдавали небольшим городам и нетрадиционным концертным площадкам. Я играл в общественных местах: на пляже, в порту, на вокзале, на фабрике, удалось провести несколько концертов в тюрьмах, в центре реабилитации наркозависимых. Этот проект стал для меня глотком свежего воздуха после неопределённости последнего периода. Теперь планирую реализовать подобный проект в России.

– Что посоветуете начинающему музыканту, мечтающему о мировой славе?

– Мир музыки очень широк: кто-то может себя найти в преподавании, кто-то может стать центром притяжения в социуме в родном городе или в своей стране. Необязательно всем становиться артистами мирового уровня. Для этого нужен не только талант, но и сопутствующие качества, необходимые гастролирующему артисту. Все ли, кто мечтает о мировой славе, готовы взять на себя бремя такого образа жизни?.. Думаю, нет. Уверен, каждому надо научиться трезво оценивать свои возможности и понимать истинные желания.