Прямая речь журнал
О культуре и искусстве от тех,
кто создает, и для тех, кто ценит

Скачать журнал .pdf
Скачать журнал .pdf

Плотный строй Яны Эминовой-Бесядынской

Плотный строй Яны Эминовой-Бесядынской

Ей аплодируют зрители США, Японии, Германии... В репертуаре известной оперной певицы, кроме классики, камерные произведения, джазовые и бродвейские шедевры. Одновременно Яна как соавтор ведёт международные проекты «Век без войн» и «Гармония будущего». «ПР» поинтересовалась, каким был путь к оперному олимпу и как певице живётся за океаном.

– Яна, вы получили вокальное и дирижёрско-хоровое образование, но всё-таки стали оперной певицей. Почему?

– Мои родители – музыканты, поэтому музыка у меня в крови. Мама – декан фортепианного факультета, папа – профессор, пианист Кишинёвской консерватории. Я училась на дирижёрско-хоровом отделении и начала сольно выступать, в том числе пела в храме. Постепенно мне стал близок классический вокал, что вполне естественно, если учишься в музыкальном училище и в консерватории. Однако, даже став певицей, я по-прежнему остаюсь дирижёром. Ведь они не только музыканты, но и лидеры и организаторы. Однажды в Нью-Йорке мне предложили спеть сложную «Свадебку» Игоря Стравинского. Репетиции должны были начаться через три дня. А до этого я её дирижировала, поэтому пела практически наизусть. Простому вокалисту такое задание было бы не по силам. Остановила же свой профессиональный выбор на вокале, потому что вижу в нём своё предназначение. Я рано поняла – петь мне дано свыше. Но дирижёра из меня уже не убрать.


– Кто из дирижёров, с которыми вы работали, произвёл на вас наибольшее впечатление?

– Эти имена известны всем: Владимир Федосеев, Геннадий Рождественский, Эдуард Серов, Марк Горенштейн, Леонид Николаев. Все они были моими учителями: с кем-то не соглашаешься, с кем-то чувствуешь себя богиней, а с кем-то – растоптанной. Но особенно мне близки по духу Геннадий Рождественский и Эдуард Серов. С Рождественским попадала в другую реальность: дышали в унисон, разговаривали глазами, уголками губ. Мне казалось, что существуем только мы и музыка. Эдуард Серов – мой первый учитель, наставник, покровитель. Он пригласил меня на частные уроки, которые давал бесплатно, когда я была ещё девочкой-студенткой и солировала почти во всех концертах оркестра Волгоградской областной филармонии под его руководством. Его уважение, доверие и поддержка были отцовскими, хотя мастер известен невероятной внутренней строгостью.


– Сильно отличается публика в Европе, Америке и России?

– Да, очень – по темпераменту, выражению чувств, поведению. Американцы всегда устраивают овацию стоя, поскольку рады уже самому факту появления артиста на сцене. Это их дань уважения. Российские зрители вскакивать, может, и не будут, но таких аплодисментов в унисон, когда все вместе, ритмично, не услышите больше нигде. Тишина, проникновение, цветы – это атрибуты нашей публики. Европейцы, слушая «Травиату», будут мысленно переноситься в «Даму с камелиями».

– Как вам живётся в Америке?

– Я много гастролировала за рубежом, но переезжать за границу не планировала. Всё произошло, скорее, случайно. На первом же конкурсе вокалистов в Италии я получила первую премию. В качестве вознаграждения лауреатам предоставлялась возможность участия в концертных турах по Америке. Я выступила в Карнеги-холле, стала почётным гражданином Арканзаса, пела в культурных центрах и университетах. По воле случая я оказалась в Майами, и в результате цепочки невероятных совпадений, событий и происшествий познакомилась с будущим мужем. Это была любовь с первого взгляда. Мы общались ровно три дня, после чего я уехала. Спустя восемь месяцев ежедневных звонков я приехала к нему с двумя чемоданами, в одном из которых были ноты.

– Как проходит ваш обычный день в Нью-Йорке?

– Как и у всех, дни бывают разные: могу мотаться по городу как сумасшедшая, могу пролежать весь день на кровати, особенно если настраиваюсь на выступление или же отдыхаю после него, могу весь день решать чужие проблемы. У меня тысяча друзей – и 15 лет жизни за границей ничего не изменили: те, кого я люблю, всегда со мной. Меня в детстве называли цыганкой: я без конца убегала то на улицу, то в гости. Обожала людей. Поэтому мама была права, когда, отдавая меня на дирижёрское отделение, подумав, сказала: «Там хор – сто человек, общение… Там ей будет комфортно».

– О чём скучаете вдали от дома?

– Обо всём и ни о чём. Можно сказать про посиделки на кухне с русской водкой и солёным огурчиком, про глаза любимых подруг, про запах коридоров консерватории, про родную природу – и так до бесконечности. Вдали от дома трудно творить – и в этом я не оригинальна. Иногда кажется, будто и не уезжала совсем – так близка и любима Россия: земля, степь, зов предков, Волга, воздух, Москва... Это – моё. Даже объяснять не буду, потому что невозможно передать словами. С другой стороны, ощущаю себя вне стран, вне политики, религии и границ. Я принадлежу только людям и своему духу.

– У вас широкий репертуар, а есть ли произведение, которое стало особенным?

– Это Виолетта из оперы «Травиата». Ещё девочкой рыдала над романом Александра Дюма-сына «Дама с камелиями», а потом в 24 года дебютировала с оперой на сцене. Это был огромный риск, но я справилась. Обожаю Татьяну (опера Пётра Чайковского «Евгений Онегин» – Ред.) до глубины души. Конечно, люблю музыку Баха и романсы Рахманинова. Могу сказать, что в творчестве я всеядна, открыта и импульсивна. Замечательная пианистка Виктория Постникова однажды мне сказала: «Яночка, никогда ни от чего не отказывайся!»

– Расскажите о творческих планах. Когда и где в ближайшее время вас смогут услышать российские любители музыки?

– Моё сердце и время отданы мечте: я работаю над собственным альбомом, в котором пою разными голосами. В него войдут опера, фольклор, поп, немного рока. Это история женщины, матери, её любви, души. Всё, что наболело, накипело, было собрано и выпестовано. Музыку пишет прекрасный композитор Gen Nady. Звукоинженер проекта – многократный лауреат премии Grammy Reuven Amiel. Я экспериментирую с голосом. Мои предки – казачьи атаманы, турки, западные европейцы – стоят плотным строем за моей спиной и благословляют. С нетерпением жду выпуска этого альбома.


Фото из личного архива