Прямая речь журнал
О культуре и искусстве от тех,
кто создает, и для тех, кто ценит

Скачать журнал .pdf

Дильбар Файзиева готовится сменить образ

Дильбар Файзиева готовится сменить образ В прямом эфире Дильбар Файзиева и Сергей Бабаев

Мы только отходим ото сна, а она уже с обворожительной улыбкой на лице желает нам доброго дня. Кому как не ведущей программы «Доброе утро» на Первом канале знать секрет хорошего настроения, когда световой день стремительно тает, ночь становится длиннее и нас всё чаще одолевает осенне-зимняя хандра?!

Вечный студент

Папа – руководитель хора, директор лицея при Ташкентской консерватории, мама – преподаватель музыки. С таким происхождением и прекрасными внешними данными, казалось бы, на сцене выступать, но Дильбар не пошла проложенной родителями дорогой, а выбрала свой путь – журналистику. После ташкентского вуза – два года магистратуры на факультете журналистики МГУ, без отрыва, как говорится, от производства. Вот и теперь после эфира, как и раньше, опять спешит в университет – на этот раз она сдаёт кандидатские минимумы в аспирантуре.

– Восемь лет училась в Национальном университете Узбекистана – сначала на бакалавра, потом на магистра. И параллельно работала корреспондентом и ведущей на местном телевидении, – начинает наше интервью Дильбар. – В Москве всё продолжается в том же духе. Не могу только работать или только учиться. Меня, наверное, можно уже называть вечным студентом. По крайней мере, медленно и верно к этому иду.

– При таком распорядке, скорее всего, без пропусков дело не обошлось. Преподаватели делали поблажки – ведь вы работали по специальности?

– Наоборот, в отличие от тех студентов, которые не пропускали ни одной лекции и получали зачёты «автоматом», мне приходилось на зачёте рассказывать чуть ли не весь курс. Некоторые преподаватели очень ревностно относились к своим предметам.

– А как пришли на Первый канал в программу «Доброе утро»?

– Когда училась в магистратуре, заполнила на сайте анкету. Через некоторое время по электронной почте пригласили на пробную запись. Удивил простой текст и очень лёгкий язык: достаточно было раз взглянуть, чтобы сразу же без заминок прочесть. После записи пообещали позвонить… Прошёл год. И неожиданно, когда уже успела забыть о кастинге, потому что писала диссертацию и работала, мне позвонил режиссёр программы и сказал: «Приезжайте! Мы хотим предложить вам должность ведущей».

– Как встретили?

– Знаете, в эфире обстановка располагающая и соответствует действительности, которую зритель видит на экране. Все общаются как коллеги, друзья. Тимур Соловьёв всегда приободрит доброй шуткой. Серёжа Бабаев, если видит, что нервничаю, успокоит. На первых порах я называла его личным психологом. Да на всех можно положиться. Иначе нельзя. В 5 утра режиссёры подбадривают шутками. Меня встречают с улыбкой гримёр, ведущий, продюсер… Вам просто-напросто не позволят долго быть букой с прищуренными глазами, со сдвинутыми бровями и скрещенными руками: обязательно рассмешат. Других вариантов нет. Все понимают, что в утреннем 4-часовом эфире настроение должно быть хорошим.

С утренним кофе в новый день

Плавное течение

– Как-то всё ровно и гладко получается. А как же адреналин эфира или плохие новости?

– Новости – всегда из ряда вон выходящие события. Конечно, мы видим эфирную картинку на мониторе – и улыбка не всегда уместна. Нужно уметь перестраиваться. Кстати, раньше коллеги мне часто говорили: «Ты очень сдержанная и слишком серьёзная для утренней программы». Трудно было быть раскрепощённой. Но первые нервные эфиры проходили в «хрустальной» студии, в Парке Горького. Она находилась буквально над кромкой воды. Там было очень красиво. Мы пробуждались вместе с городом. Смотришь вниз на плавное течение реки и успокаиваешься. Прямой эфир – это, действительно, особые ощущения. Знаю людей, которые, вдруг оказавшись вырванными из него, готовы были на стенку лезть…

– Вы заранее узнаёте, о чём будете говорить перед камерой?

– Нет. Готовимся в день выхода программы, за несколько часов до эфира. Наш текст – не более чем ориентир. Остальное – большая импровизация. Главное – уложиться в хронометраж. Обычно за день мы узнаём о гостях программы, чтобы успеть подготовиться.

– Кто из последних героев произвёл большее впечатление, чем ожидали?

– Пётр Налич. Когда он взял в руки гитару и начал исполнять композицию, которую написал к спектаклю «Северная одиссея», студия погрузилась в такую уютную атмосферу, что не хотелось его прерывать. А нас подгоняли – надо было «уходить на рекламу». И на самом интересном пришлось прерваться.

– Вы свободны в выборе образа? Приходится работать в некомфортном макияже, костюме?

– В новостях, как правило, утверждается образ ведущего, которого следует придерживаться. В утренней программе, наоборот, в имидже всё должно быть естественно, не очень строго. Есть возможность быть разной – не такой, как вчера. Никто не предложит вам большие стрелки на глазах или ярко-красную помаду, если вам так не комфортно. Гримёры всегда советуются с ведущими.

– Следуете тем рецептам, которые даёт программа?

– Конечно. Я же не могу не принять к сведению информацию, которая полезна. Недавно кондитер приготовил торт наполеон из воздушного печенья. Действительно, очень вкусно и быстро – не надо возиться с тестом.

– Коллеги и друзья не докучают просьбой приготовить плов?

– Все знают, что я вегетарианка. Поэтому любители плова понимают, что лучше о традиционном плове с мясом меня не просить. Хотя, руководствуясь прежним «мясоедческим» опытом, приготовить его могу, но всё же делаю исключительно вегетарианский. Друзья ко мне любят приезжать в выходные, когда утро начинается позже обычного, на блины, – с вареньем, картошечкой, капустой… Недавно попробовали с инжирным вареньем. Очень вкусно. Да, я люблю готовить. Смена деятельности помогает переключиться после эфира. Приготовление блюд для меня не механический процесс, а творческий.

Самый беспристрастный критик

– Чем пришлось пожертвовать ради работы в столь раннее время?

– Мы работаем в прямом эфире. Не могу сказать, что я большая соня. Чтобы хорошо себя чувствовать, мне иногда достаточно пяти часов сна. Но очень люблю работать по ночам: пишу тексты, рисую картины. А когда понимаю, что завтра утренний эфир, то откладываю все свои дела и ложусь пораньше.

– Картины?!

– Да, делаю первые пробы писать картины маслом на холсте. Но пока не готова показать их даже своим друзьям.

– А ещё слышал, любите бег, йогу и бирманский бокс…

– Когда находишься в движении, обычно легко даётся решение даже самых сложных задач. Об этом знали ещё древние греки. Если полдня просидела за компьютером и мне не хватает свежего воздуха, то переодеваюсь и иду на пробежку. Если случается перерыв, увеличиваю дистанцию постепенно – с двух километров до девяти – десяти. Бокс – тоже отличный способ справиться с эмоциями. Но пару лет назад по состоянию здоровья я была вынуждена прекратить тренировки. Сейчас пытаюсь постепенно восстановиться. А для йоги мне достаточно коврика и музыки в доме. Для упражнений идеально подходит Zen Music. Люблю неоклассиков: Людовико Эйнауди, Федерико Патерлини, Алессандро Мартире, концерты которых посещаю с большим удовольствием. Очень нравится Миша Мищенко. Ценю музыкантов, которые не только исполняют, но и пишут.

С Романом Будниковым

– После солнечного Ташкента трудно было обживаться в сумрачной Москве? Чем компенсировали дефицит солнечных дней?

– После поступления в МГУ жила в общежитии для иностранных студентов. Сегодня считаю это время одним из лучших периодов моей жизни. Узнав особенности и менталитет разных народов, сейчас лучше понимаю, почему определённые события происходят в той или иной стране. Правда, первые полгода было немного неуютно и очень хотелось домой. А теперь мама обижается, когда, приехав на родину, говорю: «Пора домой, в Москву: там друзья, работа, учёба». Здесь, в столице, постоянно что-то происходит. Люблю современные театры и те, что с многолетней историей, раз в неделю стараюсь выбраться в кино. В последнее время отдаю предпочтение фильмам на языке оригинала. Очень понравился «128 ударов сердца в минуту» о диджее. После него хочется вздохнуть и сделать всё, что планировалось.

– У родителей никогда не возникало желания направить вас по музыкальной стезе?

– После четырёх лет учёбы в музыкальной школе моя нервная система не выдержала мучительного разучивания произведений, и я занятия бросила. Да и папа, не разглядев во мне способностей хорошего исполнителя или музыканта, не стал возражать: мол, нет так нет! Теперь он мой самый главный критик. Недавно, увидев меня с подобранной под каре причёской, позвонил и говорит: «Тебе очень идёт», хотя он не любит короткие женские стрижки. Так что думаю сменить образ. Хочется экспериментов.

– Неужели не бывает утренней хандры?

– Любое утро можно сделать добрым, и наоборот. Для меня главное – проснуться и подумать несколько минут за чашкой кофе о том, что сегодня меня может ожидать. Приходит понимание и спокойная уверенность. Настраивать себя на положительную волну нужно обязательно!

Отрицательных моментов в жизни и так хватает.

…Наше интервью заканчивается, – и в воскресный вечер Дильбар Файзиева отправляется в студию, чтобы жаворонкам Дальнего Востока, где уже понедельник, пожелать доброго утра.

Фото из личного архива Дильбар Файзиевой